Женщина решительно отказывается от предложенной ей сделки - денег за секс с дочерью судьи. Ее отчаянное упорство нарушает линию, привычную для такого судебного процесса, и создает неоднозначную атмосферу растущего недовольства.
Женя забрал у нее использованные салфетки и поднялся. Одеваться не стал.
Тома, зажевав губу, наблюдала за ним. Какой же он красивый… Высокий, крепкий. Вроде бы и поджарый, и в то же время довольно раскачанный. Смотрела бы на него и смотрела. Для нее Тихонов – идеал мужской силы и привлекательности. Она бы хотела найти в нем какие-то огрехи, то, что ее оттолкнет.
И понимала – их нет.
Что бы он ни говорил и ни делал.
Мама может быть сотню раз права, говоря, что она ведет себя уничтожающе. Не унижающе даже, хотя тут под каким углом посмотреть.
Было другое – счастье. Тихое такое.
Его спугивать не хотелось. Хотелось продлить.
Хотя бы до утра…
Прочувствовать.
Между ног с непривычки немного саднило. Тома дотронулась до лона и улыбнулась. Послышались шаги возвращающегося Жени, и она быстро отдернула руку. Мало ли.
Женя подошел к кровати и навис над ней. На его лице гуляла довольная улыбка. И он весь выглядел таким расслабленным. Довольным.
И чуть-чуть родным.
– Ты как?
Как она?
Охрененно.
Но говорить вслух ничего подобного не будет.
– Спать хочется, – хрипло выдохнула она, не узнав свой голос.
– Верю. Мне тоже. Поэтому двигай попу, Том.
Она моргнула. Потом еще. И подвинулась.
Спать рядом с Женей Тома не планировала. Точнее знала, что подобное нереально. Сколько она ночевала у него? И каждый раз спала одна. Ждала, что придет. Говорила себе, что занимается глупостями, что мечты так и останутся мечтами. Что Женя ее жалеет. Терпит в какой-то степени. А то, что смотрит так, точно сожрать готов… Может, голодный он.
Она же тут маячит. Навязывается.
А у него принципы…
Против которых тоже не попрешь.
Тамара сделала все.
Что можно и что нельзя.
Дальше…
Пожалуй, спать. Единственно верное решение.
Она, мысленно жмурясь, подвинулась. Кровать у Жени была небольшой. Не метр восемьдесят точно. Скорее, метр сорок. Или даже меньше. Нет, метр сорок, потому что вдвоем они вполне комфортно разместились.
Он лег рядом. Вытянулся. Тома сразу ощутила себя маленькой и хрупкой.
Сюрпризы на этом не закончились. Женя, что-то пробурчал, притянул ее к себе.
– Иди сюда, – расслышала она за барабанной дробью сердца.
Тома и не думала сопротивляться.
Еще чуть-чуть… Еще немного… Пусть ночь не заканчивается. Даст ей погреться в лучах счастья.
От Жени пахло невероятно. Мужской силой, терпкостью. Их страстью. Еще остатками парфюма, которые почти выветрились.
