Ночь погружала нас в тишину, когда раздался звонок из кают-комнаты: "Вас пригласили на сцену". Яхта унесла меня от безвыходной борьбы, но я чуть не плакала над спасением. Через мгновения мы оказались в одном корабельном шатре, где молодая и красивая женщина-руководитель на русском языке с легким акцентом делилась планами на вечер: покрутиться перед зрителями, открыть грудь и попы под музыку....
— Их вышвырнули на помойку.
— Нет…я спрятала их в саду, закопала после смерти мамы, чтобы отчим не сжег их, как и все остальное, или не отнес на мусорку снова. Я лишь заберу их, схожу на могилу матери и вернусь. Мне очень-очень надо. Она снится мне. Мама…если я долго не прихожу к ней, она начинает мне сниться. У тебя так бывает?
Долго смотрел мне в глаза, удерживая мое лицо за подбородок.
— Как же мне хочется свернуть тебе шею. Аж руки чешутся.
— Почему не свернул?
— Не знаю…наверное, потому что не хочу снова подыхать от скуки.
Как же мне хотелось выцарапать ему за это глаза. За то, что вот так выдирает мне сердце этими проклятыми словами, этим равнодушием, этим безмерным презрением, которое сквозит в каждом его слове. Как бы я хотела точно так же думать о нем, точно так же быть с ним вместе только от скуки, относиться, как к псу…а не как к хозяину.
— Значит, я тебя развлекаю?
— О, ты даже не представляешь, насколько скрасила мои серые будни. Как мне было нечем заняться до твоего появления.
С сарказмом признался он и издевательски усмехнулся. Эта ухмылочка напомнила мне ухмылку Рета Батлера из знаменитого фильма…Только в отличие от него, я для этого человека ни черта не значу.
— Я рада угодить мистеру президенту.
— Да, кое-какой толк от тебя все же есть.
Сволочь! Ненавижу! Как же адски я люблю его и ненавижу. Лучше бы он никогда не говорил мне правду. Лучше бы лгал, а не рубил на куски своей бездушной откровенностью.
— Отпустишь меня?
— Отпущу. Собирайся. Поедешь с Олегом и Владимиром. Даю тебе двое суток. Одни на дорогу, другие на решение своих дел. Не успеешь — тебя все равно увезут оттуда. Деньги на расходы поступят на твою карту.
Выпрямился и поправил волосы пятерней, заглаживая их назад, а я почему-то не удержалась и обняла его сзади.
— Если бы ты поехал со мной…
Перехватил мои руки и отбросил в стороны.
— Куда? В твой Мухосранск? Мне хватило одного раза.
Надел галстук, умело завязал петлю, затянул.
— Я узнал насчет обучения, в юридический пойдешь, на факультет международных отношений. Если закончишь с отличием, найду для тебя работу.
Я взвизгнула и повисла у него на шее пиявкой, не сдерживая эмоций, расцеловала его лицо. Он вначале противился, отталкивал, отпихивал, потом смирился и прижал меня к себе, даже несколько раз ответил на поцелуй в губы.
