В Петербурге гостья ищет приключения и любовь среди волшебства. Во время прогулки по городу её обычный день преображается странными событиями, которые меняют её восприятие реальности. Возникает интрига вокруг таинственных встреч и неожиданных поворотов судьбы.
Похоже, «Магия белых ночей (сборник)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда пришла моя очередь, оковы вдруг расстегнулись сами собой, прутья ушли в пол, а через несколько мгновений я уже ошарашенно моргала посреди небольшого светлого кабинета. С непривычки резал глаза дневной свет.
Пахло хлебом. Молоком. И змеиной шкуркой.
– Кто у нас-с здес-сь? Ведьма? Нападение на наследника Подлайских? – раздался весёлый голос с лёгким присвистом. – Милочка, я бы вам премию выписал.
Я резко вскинула голову. Сжала руки в кулачки. И уже хотела высказаться. Но в этот момент раздался негромкий звук. Как будто стук. Или шелест. И изумлённое…
Мужчина за массивным столом в тёмно-сером мундире без знаков различия резко повернул голову вправо. Я дёрнулась вслед за ним.
– Какая яркая душ-ша. Какое с-сильное сияние дара. Какая ш-ше это ведьма, Александр. Это баюний потомок. Подойди ко мне, девица, – властный низкий голос с отчетливыми шипящими нотками околдовал.
Я обернулась. И застыла, как встопорщенный птенец, под взглядом золотых змеиных очей. Он чаровал. Вызывал безотчетное восхищение. Ощущение узнавания.
Я уже видела эти широкие плечи, резкие скулы, раскосые глаза, тёмные волосы, словно присыпанные серебром снега.
– Я ни в чём не виновата! – произнесла как можно твёрже. – А молодой наследник Подлайских хам, подлец и насильник! Я требую нормального разбирательства!
– Это серьёзное обвинение, барышня, – заметил где-то за моей спиной тот самый Александр.
– Она не солгала ни словом, – в голосе мужчины напротив появился холод.
Пополз позёмкой по кабинету. Снова – глаза в глаза. Не знаю, в какой момент тело меня всё-таки предало – только вовсе не так, как в романах. Колени подогнулись, живот протяжно заурчал, в голове поселилась вата – и я всё-таки рухнула в свой первый позорный обморок.
Последнее, что успела заметить, – это серебристый блеск и громкий шлёпающий звук. А после – меня обхватили плотные змеиные кольца.
Пришла я в себя под тихий и возмущённый бубнеж.
– Янхард, но ведь дознание проводить всё равно придётся? У нас заявление от Подлайских, их род – опора трона. Ведьма заманила наследника, хотела оженить на себе, но молодая, с силой не совладала. Подлайский не приходит в себя уже четвёртые сутки, и…
Чужой голос перебило резкое, холодное:
– Не дури, Алекс. Ты снова вперёд мысли бежишь. У меня иные сведения. Заявление от Глафиры Ситкиной, кухарки в гостиничном доме на второй линии Васильевского острова. И записка от её домового.
– Но показания жандармов… – голос некоего Александра не дрогнул.
