Шурка любит выдумывать истории и лгать налево направо. Но даже он не осмеливается обмануть свою мелкую "личность", которую они сами создали из клеток — такими, что заметить их можно только под микроскопом. Сегодня они все еще малыши — маковые зернышки, вечно щурящиеся от света вокруг. Кто знает: может быть, им повезло бы родиться девочками, как Софья из Испании, красавица своего времени, жившая почти полвека назад....
Больших денег за него не выручишь, а хлопот не оберешься. Марина все тянула, откладывала и выбралась только весной. Три часа на поезде, час на автобусе, два на попутке по непролазной грязи – тмутаракань между Москвой и Петербургом. Добралась поздно вечером, дом после зимы стылый и холодный. Долго пыталась растопить русскую печь, махнула рукой, поужинала всухомятку колбасой с хлебом, забралась на печь и уснула под клацанье собственных зубов и подозрительные шорохи.
Просыпается утром в какой-то необыкновенной неге, обрывки счастливых снов в голове крутятся.
Вышла на крыльцо, села на ступеньки. Разве такое бывает? Разве бывает дурашливый веселый туман? Летит клочьями, маленькими облаками, играет: с деревьев в саду падает на землю, поднимается и мчится дальше. Несется, хотя ветра нет. Это солнце теплыми лучами гонит клочья тумана, похожие на маленькие шкодливые приведения.
– Пейзаж! – пробормотала Марина. – Благодать!
Встала и сладко потянулась. Куда-то она хотела пойти? В туалет. И найти, где умыться.
Пришла соседка, показала Марине, как печь топить, объяснила, когда выдвигать-задвигать вьюшки-заслонки, угостила картошечкой, молоком и солеными огурцами.
Словом, дом Марина продавать не стала. Напротив, стала возделывать огород, обрабатывать сад. И надо заметить, что Марина-то человек совершенно не сельский. В лес ходить никогда не любила – комары, клещи и, того гляди, ногу сломаешь. Дачи у них не было, тяги к земле, даже в варианте выращивания комнатных растений, у Марины не наблюдалось. А тут – откуда что взялось! Два года моталась туда-сюда, и дорога – неближний свет уже адом не казалась.
