Сверкающий лунный свет играет на стеклах, создавая мозаику теней и светляков. Вопреки кажущейся безмолвии ночной тишины, в воздухе заползает жуткий хохот, заставляющий кровь скребется в венах, лишая спокойствия и уверенности.
А ведь я так и не надела нижнее белье и теперь заерзала, когда ненасытные горячие губы медведя опустились еще ниже, проделав дорожку из поцелуев по моему животу и касаясь обнаженных раскрытых бедер.
Мне казалось, что меня просто бросили в кратер действующего вулкана, где я не умерла, а плыву по обжигающему течению, больше не сдерживая стонов, что вырывались из обласканной груди.
Господи, что он творил!
Как целовал и что вытворял своим языком, не жалея меня и вознося так высоко к небесам, что в какой-то момент голова просто закружилась!
Стыд и восторг сплетались в моей крови искрящимися разрядами, когда я сквозь пелену дрожащих ресниц видела его лицо, прильнувшее к моему лону.
Его язык, который то порхал, чуть задевая чувствительные складочки самой потаенной части моего тела, заставляя трепетать и судорожно глотать воздух.
То в буквальном смысле вылизывал, отчего я прогибалась в спине, чувствуя, как от этого сладостного напряжения подгибаются пальцы на ногах.
Мое тело жило собственной жизнью, сводя меня с ума!
Эти эмоции были настолько яркими, горячими, но в то же время очищающими!
Они сметали мои грязные воспоминания, как это не смог бы сделать ни один самый именитый психолог!
Теперь мое тело знало, что все может быть иначе: без боли, без грязи, без попыток остановить то, что было противно.
Океан огненных эмоций поглощал меня, изливаясь в стоны, которые я больше не сдерживала, запрокидывая голову и в какой-то момент понимая, что я скоро взорвусь, потому что сладостное напряжение в мышцах достигло своего апогея, отчего низ живота скручивало от судорог.
— Ш-ш-ш, девочка. Не так скоро, — голос медведя снова стал настолько низким, что я едва понимала, что он мурлычет, ощущая слова скорее обостренными эмоциями.
Он поднялся с колен, приподнимая меня со стола, чтобы тоже поставить на ноги и неожиданно развернуть к себе спиной, вжимаясь в мои обнаженные ягодицы своим возбуждением.
Я закусила нижнюю губу в ожидании продолжения этой чувственной завораживающей игры.
Страха больше не было. В душе расцветал даже азарт!
Теперь и навсегда я искренне хотела познать все грани этой чувственности, открывая в своем теле и ощущениях то, на что и не могла рассчитывать.
