Сверкающий лунный свет играет на стеклах, создавая мозаику теней и светляков. Вопреки кажущейся безмолвии ночной тишины, в воздухе заползает жуткий хохот, заставляющий кровь скребется в венах, лишая спокойствия и уверенности.
Слишком зоркие глаза, слишком восприимчивые уши и невероятный нюх, чтобы вот так с одного взгляда определить, что я именно «синьорина», а не местный слишком любопытный пацан из поселка!
Скрываться смысла не было.
Вскинув демонстративно ружье, я вышла на небольшую поляну, вставая чуть позади своего медведя и с дрожью понимая, что была права в своих самых страшных мыслях: он не поможет мне.
Просто не поймет, что я в опасности, потому что даже сейчас он продолжал стоять в одной позе, глядя только перед собой и никак не реагируя на чужака.
— Лучше бы ты оставалась дома и спокойно спала в ожидании своего мужчины.
Если до этого и были какие-то сомнения, что это мог быть человек, то теперь они пропали окончательно.
Люди не могли почувствовать метку на мне.
Только звери и подобные медведю. А прозвучавшее «своего мужчины» ясно давало понять, что он все ощутил как нужно!
— Зачем вы делаете это? — тихо, но твердо произнесла я, всматриваясь в мужчину, который спокойно сидел на какой-то коряге, держа в руках телефон, чей экран освещал не хуже фонарика.
Мужчина вскинул голову на эти мои слова, неожиданно растягивая губы в очаровательной, но хищной улыбке, и первое, что я подумала, лишь сейчас рассмотрев лицо: он красивый."
"Красивый, как мой медведь.
С такими же черными волосами, правильными чертами лица и этим хищным обаянием, которое я еще не встречала у людей.
Только не было клыков.
И он был слегка меньше.
Нет, он не был худым или изможденным, просто его плечи не были настолько широкими и мощными, как у медведя. Впрочем, в любом случае этот Берсерк был все равно куда больше простых людей.
— Вижу, что Объект номер Восемнадцать уже успел достаточно рассказать о себе, — усмехнулся этот мужчина, расставив ноги и упираясь подошвами явно не к месту дорогих и вычурно начищенных ботинок в лесную траву и первую осеннюю грязь.
Разве можно называть таким образом живое, разумное и очень сильное создание?
Ответ был слишком быстрым и ошеломительным, чтобы я смогла сдержаться и не ахнуть:
— Вы из лаборатории?!
— Да, синьорина. Истинное зло в плоти и крови, — широко улыбнулся мужчина, но он совсем не вызывал никакой симпатии при всей своей красоте, и первым делом хотелось прострелить ему голову, чтобы он отстал от моего медведя.
