Катя поднялась на кровать и ощутила гнетущую тишину ночи. Время словно замерло, но внутри сердца билось бесконечное смятение. С каждой секундой душевное горе множится, как сладкий ад в царстве сновидений. Книга обещает открыть эту вселенную чувственности и боли, где каждая минута пронизана любовью и страданием....
Отстегнув защелку, Катя помогла дочери спуститься на асфальт. Раскинув ручонки, та тут же бросилась навстречу мальчику.
— Пусть еще раз попрощаются, — словно оправдываясь, сказала Катя.
— Пусть, — согласилась Оксана и ревниво заметила: — За моими так не гоняется.
— Кстати, хотела спросить: ты заметила, как Нина вчера смущалась и краснела рядом с Зигфридом?
Нине, младшей дочери Оксаны, как и Зигфриду, недавно исполнилось пятнадцать. Сын Никита был старше на два года."
"— Заметила.
— Зигфрид! — раздалось с соседнего участка.
— Доченька, нам пора! До свидания, Зигфрид! Беги, тебя отец ждет.
— До свидания, Марта! До свидания, тетя Катя! — по-русски попрощался подросток. — С нетерпением буду ждать вашего возвращения! Я правильно сказал?
Сын Алертов был инвалидом от рождения, поэтому прихрамывал и не мог бегать — то ли сложные роды тому виной, то ли врожденные аномалии, все же слишком поздно появился он у родителей.
— Правильно! Ты замечательный ученик! — похвалила Катя, усаживая Марту обратно в кресло. — До скорой встречи!.. Ну, что? Ангел мой, пойдем со мной! — пристегнувшись рядом с дочерью, напомнила она Оксане слова молитвы.
— …Ты впереди, я за тобой, — продолжила та, выруливая с площадки. — С Богом!.. Я вам даже завидую: завтра будете в Минске, у бабушки с дедушкой…
— …и у Апельсина, — напомнила Марта, как все дети, обожающая животных. — И не в Минске, а в Ждановичах.
— Щебетуха! Ну всё она знает, всё комментирует! — не удержалась от улыбки Оксана.
Это было правдой.
