В мире-творце, где время и пространство не определяются обычными законами, я становлюсь императором Восточной Римской Империи. Но младшим соправителем Царя я останусь навсегда — мои действия теперь ограничены. Приняв титул Императора, я забываю о своем истинном предназначении, растворяясь в этой уникальной реальности где каждое действие имеет огромное значение....
Наконец, он не выдержал и, подняв руку, прервал поток слов, что изливало английское посольство.
– Я дозволяю вам отправиться в Тулу к Марфе, супруге Андрея Прохоровича, дабы пригласить ее сына на престол Англии. – глухо произнес он. – Но прежде – вы должны решить все вопросы с патриархом. И отправиться в Тулу с ним, действуя только лишь с его благословления. Я не хочу, чтобы на бедную женщину кто-то давил в то время, когда ее муж в славном походе богоугодном…
Часть 3. Мы наш, мы новый мир… не хотим!
– Пап, ты дерьмово выглядишь.
– Ты еще остальных не видел.
Кинофильм «Никто»Глава 1
1560 год, 23 июня, Прохоров[7]
Марфа не стала задерживаться в Москве слишком долго.
Иоанн Васильевич, конечно, желал ее придержать и даже взять в заложники. Но не решился. Посему, когда она пожелала отправиться обратно, «к детям», то не стал чинить ей препятствий. В том числе и из-за давления Анастасии. Его супруга считал крайне опасным ссориться в сложившейся обстановке с Андреем. И, тем более, провоцировать его на необдуманные действия.
Марфа приехала в Москву.
Марфа уехала из Москвы.
И ничего страшного с ней не произошло. По сути ей даже никто ничем не угрожал. Хотя она сильно переживала по этому поводу.
С англичанами она разминулась. Почти. Приехали они, конечно, раньше ее отъезда. Просто не знали, что она в городе. В том числе и потому, что сидели сами в Китай-городе, а она жила на подворье мужа в кремле.
Потом, правда, выяснили. Однако никак пересечься не смогли. Китай-город – торговая сторона Москвы, а кремль – аристократическая. И посольские просто так взять и прорваться к Марфе не могли в столь сжатые сроки. А времени навести мосты у них не хватило. Ведь они пересеклись буквально на три дня…
Кстати, зрительные трубы в Москве уже имелись в продаже[8].
В графстве Шат и мало-мальски наловчились изготавливать. Стоили они, конечно, конских денег.
Худощавая.
Светлые длинные волосы, заплетенные в густую косу.
Голубые глаза.
Тонкие черты лица.
Пылкий, горячий взгляд.
Уверенные движения, чуть более суетливые, чем хотелось бы, но уверенные. Властные.
Она была окружена группой здоровенных темнокожих воинов, которые слушались ее беспрекословно.
Иными словами – впечатление производило довольно интересное.
