— Вы его еще спросите, товарищ комиссар, — заговорил из-за спины Краскова Мишка Фадейчев, — чего он не бежал, гидра? Ему ж уйти ничего не стоило.
Красков окаменел, стиснув зубы. Молчал.
— Почему не отвечаете, Красков? — спросил Бубнич.
Красков снова осмотрел всех. Взгляд был затравленный и какой-то выпытывающий.
Внезапно грохнуло. Мишка схватил свой кольт. Клешков и Гуляев уставились на Краснова.
Тот стоял весь напружиненный, набычив голову.
— Посмотри-ка, Клешков, что там, — сказал начальник, подымаясь из-за стола.
Клешков подошел, выглянул в окно. Внизу спокойно расхаживали несколько бойцов, сбоку бродили расседланные лошади, прыгал стреноженный рослый вороной конь. Метрах в ста вспыхивали и гасли змейки огня над стенами конюшни.
— Крыша конюшни упала, — доложил Клешков, отходя, — а так все тихо.
— Так все-таки почему вы напали на банду Хрена? — снова начал допрос Бубнич. — И предупреждаю, Красков: для трибунала ваша откровенность может иметь решающее значение.
Красков с минуту думал, глядя перед собой. Потом решительно махнул рукой:
— Ладно. — Он шагнул к столу, и в ту же секунду стол с грохотом опрокинулся, лампа разбилась на полу и доски пола вспыхнули, звякнули остатки стекла и послышалось падение тела, потом заржала лошадь и несколько раз ударили выстрелы.
Клешков кинулся к окну и увидел, как в отблесках догорающих строений уходит на неоседланной лошади припавший к ее шее Красков. Он прицелился с локтя и выстрелил, но браунинг уже не брал на такое расстояние.
— Ушел, — сказал он.
Мишка, подошедший к окну, вылез в него до пояса, потом сказал:
— Высоковато. Лихой офицерик.
Бубнич тушил горящий пол, а начальник все еще не мог выбраться из-под стола.
— Ну и де-ла! — сказал Клешков.
— А ну пошли отсюда! — гаркнул выбравшийся наконец из-под стола начальник. — Охраннички!"
"В большом зале спали бойцы, подстелив шинели, бросив под голову охапку сена. Мишка спал в углу, бережно уложив на груди раненую руку. Клешков лежал, глядя в потолок. Такой день, как сегодня, редко мог пройти бесследно, и было о чем подумать. Рядом, подложив под голову кепку, не снимая своего пыльного, но все еще щегольского пальто, лежал Гуляев. Он о чем-то думал, кося глазом в потолок.
— Здорово он нас обманул, — сказал вдруг Гуляев.
— Кто? — спросил Клешков, повернув к нему голову.
Вокруг царствовал храп, кто-то выкрикивал во сне, и голос Гуляева был плохо слышен.
— Красков обманул ловко, — сказал Гуляев, приподнимаясь на локте. — Использовал отвлекающий эффект.
— А с чем его едят? — спросил Клешков.
Ему сейчас не хотелось ничего слушать, да и Гуляев был ему не очень приятен после истории с Мишкой. Конечно, Мишка поступил гнусно: убил людей. Но люди эти были бандиты, а на Мишкином теле не было места свободного от шрамов.