Роман переносит читателя в эпоху великих перемен, когда привычный уклад жизни рушится. Героини и герои ищут себя между двумя мирами, пытаясь сохранить любовь и веру в лучшее будущее. Для тех, кто верит в силу человеческого духа и светлых чувств.
Раздел Chitat.online для книги «Многая лета» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Роман переносит читателя в эпоху великих перемен, когда привычный уклад жизни рушится. Героини и герои ищут себя между двумя мирами, пытаясь сохранить любовь и веру в лучшее будущее. Для тех, кто верит в силу человеческого духа и светлых чувств.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман переносит читателя в эпоху великих перемен, когда привычный уклад жизни рушится. Героини и герои ищут себя между двумя мирами, пытаясь сохранить любовь и веру в лучшее будущее. Для тех, кто верит в силу человеческого духа и светлых чувств.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Опустив голову, Фаина тупо посмотрела на свои ботинки, вокруг которых расплывалась грязная лужа. Оправдываться, просить, спорить не хотелось. Пусть всё идёт своим чередом. Но тут её пробила мысль о Наде, и Фаина резко выпрямилась."
"— Товарищ Балясина, я не знаю, что написано в письме, — кивком головы она указала на стол с листком бумаги посредине, — но даю вам честное слово, что Надежда Вишнякова на редкость добросовестный сотрудник и никогда не вела недозволенных разговоров. Кроме того, музыкального работника очень трудно сыскать. Я вас очень прошу, накажите меня одну, потому что только я несу ответственность за запрещение тех двух несчастных праздников.
— Несчастных? — Докуренная папироса снова оказалась во рту Балясиной. — Вы подбирайте выражения, товарищ Фаина.
— Извините, — с трудом выговорила Фаина, так велико было желание сказать этой Балясиной пару крепких словечек из лексикона петроградских извозчиков. Да ещё ожечь бы хлыстом поперёк спины, как поступали с доносчиками и неправедными судьями. Чтобы упросить за Надю, ей потребовалось сделать над собой усилие и дышать ровно. Фаина перевела дух. — Товарищ Балясина, Христом Богом прошу не увольнять Вешнякову.
Она подумала, что зря упомянула Имя Господне всуе, тем более что коммунисты отменили Бога, а уполномоченная совершенно точно член партии. Но Балясина внезапно как-то потускнела и закашлялась, словно поперхнулась табачным дымом из потухшей папиросы.
— Хорошо, будь по-вашему. Оставлю Вешнякову, но только до первого замечания. А вы с сегодня свободны. Попрошу вас сдать дела Октябрине Кошкиной и больше в детском саду не появляться.
* * *— Как же так? Как же так? Почему? За что? — Скорчившись в комочек на кресле, Надя повторяла эти слова, как механическая кукла с ключом в спине.
Мученически подняв глаза, она посмотрела на портрет мужа на стене, словно ища у него помощи и защиты. Слёзы она забывала вытирать, и крупные капли свободно лились по щекам, оставляя на подбородке мокрые полосы.
— Ведь это твой садик, Фаина. Понимаешь, твой! Ты его открыла, оснастила, выносила, вынянчила, а тебя по доносу какой-то гадины вышвыривают на улицу. — Сжав кулак, Надя яростно стукнула им по коленке и поморщилась. — Знаешь, я тоже уволюсь. — Она с отчаянием взглянула на Фаину, которая сидела на подоконнике и смотрела в окно.
— Даже не вздумай! В стране безработица, ты не найдёшь другую работу и будешь погибать от голода и холода.
— Не погибну. — Надя упрямо наклонила голову. Даже сейчас, в горе, её волосы лежали красивыми ровными волнами, спускаясь на уши. — Но если ты уйдёшь, то и я уйду.
— Я другое дело! — Фаина попыталась подавить охватившее её смятение, соскочила с подоконника, подошла к Наде и присела на ручку кресла.
