В эпоху войны, когда каждая семья пережила два жизней — до и после 1941 года, история становится личным финалом для каждого советского гражданина. Страшная беда оставляет след в душах, но Могила для бандеровца остается невырвавшимся куском памяти, заклеенным шрамом на теле страны....
Он толкнул локтем напарника и храбро бросился к человеку на углу:
— Стой, милиция! Ваши документы!
Ванюшин нахмурился и, уже не скрываясь, поспешил к своим товарищам. Сейчас этот странный человек повернется и побежит назад. Тут его старшина и задержит, перехватит на пути к другим домам и развалинам. Нельзя его туда пускать, оттуда он уйдет на любую из трех соседних улиц или вообще к окраине города. Но незнакомец повел себя совсем по-другому: распахнул полы своего плаща, под которым у него оказался немецкий автомат, дал длинную очередь и, пригнувшись, юркнул за угол соседнего дома.
Ванюшин успел заметить, что Курносов упал на землю за долю секунды до того, как прозвучала автоматная очередь. Сказался боевой опыт сержанта. А вот Коваль, кажется, ранен. Как-то он упал неуклюже, на один бок. Незнакомец был хорошо виден Ванюшину и будет виден еще пару секунд. Но если дать ему возможность добежать до угла, можно вообще его потерять. Там может ждать машина, сообщники, там может быть пара проходных подъездов, там глухой огромный двор с хозяйственными постройками.
Хлесткий выстрел стегнул по ночной улице. Старшина не понял, попал он в преступника или нет, поэтому следом произвел еще два выстрела. К его радости, человек в плаще тут же замедлил свой бег, сделал два последних шага до угла дома, ухватился за него рукой и повалился, съезжая грудью по кирпичной кладке. В ночи ясно было слышно, как о камни брусчатки ударился выпавший из его рук «шмайсер».
Чуда не произошло, с горечью подумал старшина, приближаясь к убитому. Он все еще надеялся, что всего лишь ранил бандита, попал ему в руку, в плечо. Но нет, раненые так не лежат, да и видно, что две пули в районе левой лопатки пробили плащ и там теперь темнеет кровавое пятно. Ванюшин повернулся и стал смотреть по сторонам, отодвинув от трупа ногой автомат. Подошел Курносов и присел на корточки, рассматривая тело.
— Да, вовремя ты его. Еще секунда, и ищи ветра в поле.
— Что там Коваль?
— Зацепило немножко. В руку он ему попал. Ничего страшного, я ему рукав перетянул выше раны. Кость не задета, только мясо порвало. Заживет!
— Ладно, ты давай парня к нам, пусть посидит в сторонке, а мы тело осмотрим. Надо еще сообщить в дежурную часть, осмотреть место происшествия и вообще обследовать все вокруг. Он же шел откуда-то…
Горюнов набрал телефон отделения милиции.
