Максим Аркадьевич вышел на свободный воздух после долгого перелёта: мягкая посадка, вежливые стюарды, профессиональный экипаж и идеальные погодные условия. Войдя в терминал, он сразу увидел Целестину — женщина, с которой провёл большую часть своей жизни. Весь лагерь перед ним обновился за годы, но встреча была такой же теплой и верной как прежде....
Продолжил тянуть за волосы, намотанные на кулак, целовал, облизывал, лакал пот с шеи, плеч, куда умудрялся дотянуться, не прекращая движений, под какофонию бессвязных звуков, стонов и криков, пока свет не померк в глазах.
Он почувствовала пульсацию такой силы, что не смог больше сдерживаться и двумя движениями закончил безумный, запретный танец, упав на простыни, аккуратно удерживая Миру, укладывая рядом, к себе лицом, чтобы продолжить целовать, уже легко, поверхностно, собирая кончиком языка слезинки.
- Бойтесь данайцев, дары приносящих, - раздался голос Мирославы, Максим от неожиданности вздрогнул.
- Мельгелов нам на свадьбу подарил лошадь, символично, - Мира продолжила, лежала она при этом лицом к лицу с Максимом и путала пальцы в его волосах.
- Кажется, это был жеребец, - действительно, Максим только сейчас вспомнил, что Мельгелов был на свадьбе, тогда он слился с однородной толпой, но сейчас Максим вспомнил точно, Мельгелов был.
- Я помню его на похоронах родителей, - продолжила Мира. - Не знала даже, что он родственник, он подошёл, я стояла одна, в углу комнаты, ко мне многие подходили, и сказал: «Счастливица», потрепал по голове, как болонку, - Мира ощутимо вздрогнула и прижалась к Максиму.
- Мультяш, я не знаю, почему точно твой дедушка молчал... жить в постоянном страхе сложно, порой невыносимо, он не хотел для тебя этого.
- А ты? Когда ты узнал, до свадьбы, после? Почему?
- После. Не смог найти подходящий момент, наверное, прости.
- Не знаю, - Мира внимательно посмотрела на Макса. - Сложно, сложно поверить."
"- Что ж, только время всё расставит по местам. А пока - можешь мне пообещать не делать глупостей, поступить так, как следует? У тебя не слишком много причин верить мне, но, может, ты поверишь Целестине или дедушке, он не успел довести дело до конца, но именно он его начал.
Мира помолчала какое-то время и сказала, что может. Максим заглянул в лисьи глаза, он затруднялся сказать, было ли там доверие, но не было уже загнанного выражения, и главное - виделось понимание, этого было достаточно. Пока достаточно.
