Автор
Громко заржал дурным голосом лошадь, захлопотав Сова и Марк. Башка же теснился втроем на скамейке, подул холодный ветер с пруда, который был замерзшим и полон копытных следов. Тройка неслась прямо по ледяной поверхности пруда, мимо островка, на котором еще были заснеженные холмы....
Мама говорит: «Рождение — само по себе подарок».
— Такая уж это семья, не похожая на другие, — торжественно произнес Сова и подмигнул, что означало: «Ну, тебе и свезло». — Бляхин-фэмили!
ТУЧКОВ-ЧЕТВЕРТЫЙ
По вторникам только лекции, три пары: партсовпечать, научком и техгаз — «Теория и практика партийно-советской печати», «Научный коммунизм», «Техника газетного дела». Марк был собран, нацелен на решение поставленных задач. Самая трудная — наладить отношения с отчимом. После воскресной ссоры тот глядел волком, не обменялись ни единым словом.
Всю первую пару Марк перебирал варианты.
Чистосердечное раскаяние с глубочайшими извинениями. Типа: простите засранца, папаня. Противно, конечно, но если ничего другого не придумается, придется.
В общем, к концу лекции продумал весь сценарий, по пунктам. И на второй паре переключился на другую тему, тоже головоломную. Как все-таки быть с подарком? Про «не надо ничего дарить» знаем, слышали. Все так говорят. А припрешься с пустыми руками, увидишь, как другие вручают букеты да свертки-коробки, и провалишься под землю от стыда. И так, поди, будешь на этом великосветском мероприятии самым замухрышным, в своем румынском кримплене и вельветовых самостроках… Но что если у них там, в бомонде, действительно такая мода — подарков не дарить, цветов не приносить? А тут явился ухажер колхозный.
