Брызнула кровь, разом запачкав ковёр и стены. Конте хрипло расхохотался. Церон захрипел, сползая по стене, отчаянно цепляясь за неё ладонями…
…И стена вдруг раскрылась за ним.
Глаза Конте расширились. Тень рванулся вперёд…
…И не успел: его пальцы лишь мазнули по колену Церона. В последний миг по лицу демона скользнула торжествующая улыбка. И стена сомкнулась.
— Дверь! — Конте грязно выругался. — Открывай эту чёртову… дверь!
Тень свободной ладонью начал исследовать выступы на стене, сжав зубы. Наконец зацепился ногтями за один, потянул, нажал — и покачал головой.
— Бесполезно, — глухо произнесла я. — Он наверняка предназначен лишь для одного демона, а потом срабатывает запирающий механизм, как и в спальне императора. Этим путём нам не пройти — или пройти ещё не скоро. Даже раненый, Церон уйдёт.
— Надеюсь, недалеко, — сквозь зубы произнёс Конте. — Столько крови не может позволить себе потерять даже демон.
— Мы восстанавливаемся быстро, — проронил Тень.
— В эту минуту я хотел бы верить, что не настолько быстро, — огрызнулся Конте, выпуская его руку.
— Закладка, ты как? Ты цела? Ты…
Я почувствовала, как ноги подо мной подгибаются, и чуть не рухнула на пол. В последний момент Конте подхватил меня за плечи.
— Так, кому-то надо выпить, — пробормотал он, оттаскивая меня к креслу. В следующий миг в моих руках оказался чистый бокал, и Конте мгновенно наполнил его до краёв. — Пей.
— Тут стража… — начала я.
— Сначала отдышись. Ты жива. Тебя никто не собирается убивать. — Лихорадочный голос Конте дрожал так, словно он убеждал себя, а не меня. — Дыши, Закладка. Только дыши.
Мои собственные руки тоже тряслись. Я кое-как отхлебнула вино и сжала ножку бокала крепче.
Конте был прав, когда сказал мне в Рин Дредене, что почувствовал, будто проклятие исчезло. В ту минуту, когда Конте принял проклятие Тени, оно не просто разделилось на двоих. Его стало возможно преодолеть, приняв удар на себя. Так, как сделал Конте, чтобы вытащить Тень из кошмарного сна в особняке Эреба.
И Тень понял это. Понял — и осуществил свой план.
Он не смог убить Церона. Но мы были живы.
Тень присел на пол, тяжело дыша.
— Проклятие никуда не ушло, — проронил он. — Церон всё ещё может нам приказывать, а мы всё ещё не можем его убить. Поодиночке, по крайней мере.
Они обменялись взглядами, и Конте кивнул:
— Дайте мне пять минут, — хрипло сказала я. — Потом пойдём выручать Вепря и остальных.
— Десять минут. Мои руки всё ещё трясутся.
— Мои тоже, — произнёс Тень.
