В зеркале веков вспыхивает легендарное строительство Твердыни, когда имперские казны иссякли. Независимые жители западных земель изменили облик столицы. Здесь каждый камень свидетельствует о роковой ошибке императора.
Стефий, а ты чего рот раскрыл и уши развесил? А?! Ты ешь давай, не отвлекайся!
Уши Стефия вмиг запылали красным, и он снова заскреб ложкой по дну глиняной миски.
— А с Нилиеной я поговорю, — попытался успокоить меня святой отец. — Язычок ей укорочу. Ишь, выдумщица…
— Сделайте милость, святой отец, — обрадовался я. — А я что зашел-то — с Лени пообщаться хотел о том, что давешней ночью случилось. А, Лени?
— Вы уж простите, господин, — виновато пробубнил Лени. — Я и сам не знаю. Как на стражу заступил, все в порядке было.
— А потом?
— Поначалу все как обычно — подступы к стене осматривали, не блеснет ли свет где-нибудь, аль тень промелькнет. Затем чувство холода пропало — тепло так стало, приятно. Помню, что все никак не мог взгляд от ущелья оторвать, словно тянет меня туда что-то, манит. А потом как отрезало. Темнота.
Мы со священником обменялись взглядами и вновь сосредоточились на рассказе рыжего бедолаги.
— Как в себя пришел — смотрю, я посреди ущелья стою, а в руке кость с черепом зажата.
— И ты понес? — больше утверждая, чем спрашивая, произнес я.
— Да, господин, — согласно кивнул Лени, глядя на меня воспаленными глазами. — Понес. Только ошибся голос, совсем не в ту сторону указывал — к выходу из ущелья меня тянул. Там, мол, господин нас ожидает, вестей ждет… А я знаю — не там вы, господин. Голова у меня словно в тумане была, но ошибиться я не мог! А голос все зовет за собой, манит. Я десяток шагов пройду по его указке и чувствую — все больше я от вас удаляюсь. Вот и решил я — видать, женщина та заплутала, сама не знает, где вы, господин.
— И ты решил показать женщине правильный путь. Так? — неопределенно хмыкнул святой отец.
— Да, святой отец! — обрадованно подтвердил Лени. — Как есть правильно. Разве я ж не знаю, где господин Корис находится? Вот и побежал поскорей… Вы уж простите, ежели я что не так сделал.
— Ясно, — кивнул я. — Спасибо, Лени. И не переживай — ты сделал все правильно. Лежи, выздоравливай, набирайся сил.
