В темном морском шуме сердце трепещет, предчувствие конца превращается в пугающую реальность. Выплеск холодного воздуха наружу разрывает дыхание, и лишь приглушенный кашель отвлекает ужас. Однако я живой — самое важное. Липкие капли растекаются по лицу, предвкушая долгий восстановительный путь после этого испытания....
— Я? — он выгибает бровь, его губы чуть дергаются, словно он сдерживает улыбку.
— Ну, это же не я сама пялилась на свою грудь, — выпаливаю я, и тут же жалею о своих словах.
Блин… Почему-то я уверена, Королева бы обрадовалась такому внимания. Но! Сейчас в этом теле я. И уж пусть король держит свои причиндалы в узде.
— Послушай, Лиарель, — начинает он, но я уже не хочу продолжать этот разговор. С меня хватит на сегодня."
"— Нет, я ничего не буду слушать. У меня и так выдался тяжелый день, поэтому… доброй ночи, король, — бросаю я, разворачиваясь и поспешно уходя, чувствуя, как его взгляд прожигает мне спину.
9
Долго не могу уснуть. В голове карусель из мыслей: как выбраться из этого тела, из этого времени, из этого чертового мира.
А еще… сердце, предатель, снова и снова возвращает меня к тому моменту у озера. Король. Его взгляд. Моя мокрая сорочка, прилипшая к груди…
Стыдоба! Щеки горят, хотя прошло уже несколько часов. Что это за взгляды он бросал на меня? И почему я до сих пор об этом думаю?
Ворочаюсь, пытаясь прогнать воспоминания.
Тьфу! Хватит. Закрываю глаза, заставляя себя считать до ста. Кого там обычно считают? Коров? Барашек? Ну вот! Поехали… Один баран, два, три… Давайте уже, включайте усыпляющую магию и дайте мне уснуть.
В итоге в сон проваливаюсь только под утро, когда небо начинает сереть.
Но хорошенько выспаться всё равно не выходит. В мое, так называемое, ложе влетает служанка, звеня ведром и шурша тканями.
— Боже, зачем так рано? — бормочу, пытаясь спрятаться от света, который она внесла вместе с собой.
— Госпожа, скоро снова в путь. Нужно привести вас в порядок и позавтракать, — отвечает она деловито, уже раскладывая на стуле платье.
Я сажусь на кровати, потирая глаза. Голова тяжелая, будто каменная.
— Тогда мне кофе без сахара, но со сливками и сырок какой-нибудь, — вырывается у меня спросонья. Только через секунду понимаю, что сморозила глупость.
Служанка замирает, глядя с недоумением.
— Что, простите? — переспрашивает она, хмуря брови.
— А что, кофе нет в этом мире? — Я вздыхаю, падая обратно на подушку. — Блин, как они вообще без кофе-то живут?.. Кстати, а как тебя зовут? Мы ведь и не знакомы.
Она краснеет, опуская взгляд, и тихо отвечает:
— Монро. — Потом добавляет, будто извиняясь: — Я ведь уже несколько месяцев подле вас, госпожа. Вы… вы такая странная в последнее время.
