В темном морском шуме сердце трепещет, предчувствие конца превращается в пугающую реальность. Выплеск холодного воздуха наружу разрывает дыхание, и лишь приглушенный кашель отвлекает ужас. Однако я живой — самое важное. Липкие капли растекаются по лицу, предвкушая долгий восстановительный путь после этого испытания....
Меня встречает вождь Тарин, вместе в сопровождении с охраной. Высокий, молодой мужчина с короткими темно-рыжими волосами, с вполне себе дружелюбной улыбкой.
— Ваше Величество, — говорит он, покланявшись, — добро пожаловать в Алая Гавань. Мы чтим вашу волю и готовы говорить о мире."
"— Тарин, рад встрече, — спрыгиваю с коня и протягиваю руку. В ответ вождь преклоняет голову еще ниже, осторожно касаясь пальцами моей ладони. — Мы остановимся у вас.
— Да, Ваше Величество. Прошу. Мы уже распорядились, чтобы вам подготовили лучшие покои.
— Мои лошади устали, накормите и напоите их. Слугам тоже необходим отдых.
— Вас понял.
Вместе с Тарином и Юком, моим личным охранником, мы двигаемся вдоль города, чтобы проведать обстановку и осмотреться. Все остальные же, включая королеву, отправлены на отдых.
Мы идём через рынок Алой Гавани, где кипит жизнь, словно в сердце дракона. Прилавки ломятся от товаров: алые ткани переливаются на солнце, корзины полны спелых фруктов, а в воздухе витает аромат жареного мяса и свежей выпечки.
Кузнецы стучат молотами, торговцы выкрикивают цены, а дети снуют меж толпы, смеясь и играя. При виде меня рынок замирает. Люди кланяются, словно перед ними ступило само солнце, их глаза полны благоговения и страха.
— Расскажи мне, Тарин, почему вы не можете договориться? Ты забыл, кому принадлежат камни? — спрашиваю я, не глядя на него, мой взгляд скользит по ярким тканям и резным амулетам на прилавках.
Тарин шагает рядом, его улыбка меркнет, но голос остаётся спокойным.
— Ваше Величество, мы помним, что сапфиры принадлежат короне. Но Клыки… они первыми вторглись в шахты, объявив их своими. Они убили наших горняков, украли камни, которые мы добывали годами. Мы не можем простить такое. — Его рука невольно касается рукояти кинжала на поясе, но он быстро опускает её, заметив взгляд Юка.
Я останавливаюсь у прилавка, где старик торгует резными фигурками драконов. Одна из них, вырезанная из чёрного дерева, привлекает моё внимание — её глаза инкрустированы крошечными сапфирами.
— Тарин, — говорю я, не отрывая взгляда от фигурки, — завтра ты и Громдар сядете за стол переговоров. Если вы не найдёте мира, я сам отправлюсь в шахты и добуду сапфиры. И тогда ни один из вас не увидит этих камней.
Тарин кивает, но я вижу, как напрягаются его плечи. Он боится Клыков, но ещё больше боится потерять сапфиры.
