В темном морском шуме сердце трепещет, предчувствие конца превращается в пугающую реальность. Выплеск холодного воздуха наружу разрывает дыхание, и лишь приглушенный кашель отвлекает ужас. Однако я живой — самое важное. Липкие капли растекаются по лицу, предвкушая долгий восстановительный путь после этого испытания....
Вожди друг на друга косятся, и в целом атмосфера у нас тут далека от приятного. Напрягает.
Мы усаживаемся за дубовый стол, но ясное дело, есть никто не спешит. Громадор и Тарин начинают приводить доводы, каждый защищая свою сторону, и в какой-то момент Громадор, вождь Железных Клыков, вскакивает с места, его лицо багровеет."
"— Эти камни наши по праву! — рычит он, и его рука тянется к мечу. Клинок сверкает в тусклом свете.
— Вы нагло пытаетесь перетянуть одеяло власти на себя! — злится Тарин. — Камни испокон веков принадлежали нам.
— Вздор! Это мои люди их нашли!
— Ваши люди забрели на нашу территорию!
— Какая еще ваша? Ах, ты недоносок! Как смеешь врать перед лицом его превосходительства.
— Довольно! — бью по столу кулаком. — Вы смеете устраивать эти споры при короле? Очевидно, что вопрос решится только одним путем, хотя я этого не хотел. Я забираю звёздные сапфиры и увожу их во дворец. Ваша алчность вам же выйдет боком.
Не говоря больше ни слова, я разворачиваюсь и выхожу из зала.
— Вы уверены? Что-то мне подсказывает, что Клыки не отпустят нас так легко.
— Пусть только посмеют!
— Ваше Величество, — Юк замедляется, и вглядывается в мое лицо. — Вы уверены, что нужно так радикально заходить? Кланы могут взбунтовать.
— У меня нет выбора, ты же понимаешь, они не готовы уступить друг другу.
Юк не отвечает, лишь вздыхает. Понимаю его опасения, но реальность такова, что у короля не всегда есть возможность решить проблемы мирным путем.
Сажусь на коня и гоню к шахте, оставляя за собой облако пыли. Ветер бьет в лицо, облака надо головой сгущаются, превращаясь в свинцовые тучи. Юкк скачет следом, но в момент, мы тормозим.
— Вернись, — приказываю ему. — И проследи за вождями.
Он кивает и скрывается в тенях деревьев. Я же к цели еду один.
У входа в шахту спрыгиваю с коня, не привязывая его. Тьма внутри густая, как смола, но я раскрываю ладонь, и в ней вспыхивает пламя дракона — живое, золотое, освещающее неровные стены.
Замечаю нескольких летучих мышей, и больше ничего. Даже не намека на сапфиры. Тишина раздражает, слышу только звук своих шагов и хруст гравия под сапогами. И во всей этой мрачности внезапно разлетается эхом женский писк.
Что за чертовщина?
Сворачиваю за угол, кажется, источник шума идет оттуда, и замираю.
Королева. Дергается, отбивается руками от парочки летучих мышей, что парят над ней, увидев будто врага.
