Я бежал, ломая кусты и борясь с еловыми колючками. Федя пыхтел сзади, отставая. В голове только одно: надо вернуться и забрать его ПМ. Но не хочу рисковать — завтра точно застрелюсь. Я остановился, прислушиваясь к тишине, где-то слышалось движение. Куда дальше?
Насколько большой? Вот, к примеру, шире меня? Выше?"
"— Да не-е… Вот как парнишка по телосложению примерно, — старушка кивнула на меня. — И ростом такой же, может, чуть пониже.
— Пониже? — следователя уже понемногу потряхивало. — Да какой же он здоровый тогда?
— А для меня все здоровые, кто на голову меня выше, — ехидно скривилась пенсионерка. — Я с сантиметром не хожу, а по себе меряю.
— Ясно, — удрученно проговорил Горохов, смерив взглядом бабульку, рост у которой был метр с кастрюлькой.
Мы вышли на улицу, оставив Осинкина “воевать” со свидетельницей дальше. Горохов вытащил сигарету и никак не мог подкурить. Чиркал зажигалкой, но, похоже, она сдохла.
— Твою мать! — с досады он швырнул сигарету на землю и растер ее ботинком.
— Никита Егорович, — обратился я к шефу, настроение которого падало с каждой минутой. — Разрешите отлучиться?
— А работать кто будет? — хмуро буркнул он дежурную фразу.
— Так я по работе, проверить кое-что надо.
— А… Ну давай, — безразлично ответил он, очевидно, размышляя о том, что после сегодняшнего убийства, расследование теперь уж точно глубоко в заднице. Хоть докладывай начальству прямо так, в этих же выражениях.
— Можно я Погодина с собой возьму?
— Что ты задумал? — в глазах следователя мелькнула искорка интереса.
— Если вы не против, потом подробно доложу. Если все срастется.
— Суеверный, что ли? Ладно, черт тогда с тобой, валяй…
***
— Куда мы едем? — Погодин теребил поясную кобуру с пистолетом.
— Приедем — увидишь, – ответил я. – И не трогай пистолет. А то пристрелишь себя ненароком или того хуже — машину повредишь. Новая почти, жалко.
— А меня, значит, не жалко?
— И тебя жалко, — усмехнулся я. — Просто друзей у меня несколько, а “Волга” одна. Да и то не моя.
Федя недовольно сопел, явно не оценив шутку. Минут через двадцать мы въехали во двор элитного дома.
— Знакомый адрес… — задумчиво пробормотал он, крутя головой. — Погоди… Так это же дом Зинченко! Зачем мы здесь?
— Думай, Федя, думай…
— Все равно не пойму. Зинченко задержан, жена здесь не живет. Тут только Женька. Блин! Ты думаешь, это?..
— Пока не уверен, но не исключено.
— Охренеть! Но он же такой…
— Какой?
— Ну, не знаю… Судя по твоим рассказам — молодой, несерьезный.
— Ага, прям как ты.
