Сентябрь 2011 года. Марина Казаринова, одна из самых ценных учителей в гимназии, вынуждена была бы исключить одного из ее воспитанников за сексуальное домогательство. Но вместо нее это решение взял на себя учительница-завуч Галина Евгеньевна — и именно она должна будет объявить об этом в классе, где до этого Марина Казаринова была любимым педагогом для многих учеников....
Этот его напор, как и час назад, сначала застал врасплох так, что дух перехватило. Но затем тело откликнулось сладким трепетом. Сердце ухнуло вниз живота, где уже горячо пульсировало и требовательно ныло.
Одна его рука удерживала мой затылок, вплетаясь пальцами в волосы, вторая хаотично бродила по телу, жадно оглаживая и сжимая всё, до чего добиралась.
Его ласки никак нельзя было назвать утонченными и искусными, но он брал другим — безудержной, даже немного дикой страстью, причем такой заразительной, что мне и самой захотелось его раздеть, везде потрогать… вообще всего его хотелось.
Я тоже запустила одну руку в его кудри, а второй обвела плечи, бок, бедро, ширинку, ненадолго сжала пальцы — уже было что, очень даже было… Почувствовала, как Тимур коротко содрогнулся и хрипло простонал мне в губы, и тут же накинулся с ещё большим пылом. Потом крепко обхватил за талию, не разрывая поцелуя, развернул, приподнял над полом и в два шага донес до постели. Сдернул с меня кофту, блузку, юбку, уронил на спину, сам встал надо мной.
"Я завороженно наблюдала за его порывистыми движениями, любовалась его телом, смуглым, упругим, в меру мускулистым и, конечно, его мужской мощью. Затем и Тимур ощупал меня совершенно пьяным взглядом, задержавшись на груди.
Глава 10
Марина
Как же я тебя…
Тимур не договорил, осекся. А, может, дыхание перехватило.
Боже, я и забыла, каково это — быть настолько желанной. Забыла это ни с чем не сравнимое чувство, когда внутри тебя стремительно растет напряжение, а затем словно взрывается, да так, что из легких выбивает весь воздух, перед глазами вспыхивают слепящие круги, а тело сотрясает невыносимо сладкой судорогой.
