В пределах обочины ветер уносит пыль, сквозь небольшие трещины в земле можно видеть маленькие камешки. Журналистка тяжело дышит, перехватывая жаром руки и глядя на изможженные, обгоревшие от работы ладони. Здесь нет места для слабостей: каждый камешек — напоминание о невзрачной работе и непрерывной дисциплине....
И столько вопросов крутится в голове: как прошёл его день, давно ли вернулся, устал ли? Как же я соскучилась. Как я люблю его!
Взгляд льдистых синих глаз скользит по мне, по чайному столику, и останавливается на Ангелине. Блондинка откладывает журнал и встаёт с диванчика:
– Здравствуй, Лэйтон, – сминает ткань своей юбки и наклоняет голову в сторону. – Есть какие-то новости для меня?
Смотрит на моего мужа напряжённо и с надеждой. В ней ни грамма флирта, лишь холодная сдержанность.
Это видно невооружённым взглядом.
Супруг поджимает губы, сухо кивает:
– Есть, – произносит с усмешкой, наблюдая за тем, как оживляется лицо бывшей. – Раз уж мы здесь, давай здесь и обсудим. Присаживайся.
Он показывает правой рукой на диван. Только сейчас замечаю в его левой руке кожаную папку с листами пергамента.
– Госпожа? – порог переступает служанка с подносом и нерешительно замирает.
– Оу! Я сейчас! – быстро сгребаю в кучу вышивание и журналы, освобождая стол.
Ангелина садится обратно на диван, складывает ладони на коленях и глаз не сводит с Лэйтона. Супруг опускается в кресло и открывает папку с листами пергамента. Неспешно перебирает их.
Я помогаю расставить на столе чайные чашки и вазочку с печеньем.
– Госпожа, – шепчет служанка.
Вопросительно смотрю на неё, та смущается и краснеет:
– Я не знала, какой чай вы захотите, – показывает на две одинаковые коробочки из эбенового дерева.
Лэйтон что-то тихо объясняет Ангелине, показывая на листы пергамента. Та подалась вперёд. Их колени практически соприкасаются. Пепельные волосы Лэйтона рядом с золотистой копной волос Ангелины.
Блондинка хмурится и что-то уточняет. Лэйтон улыбается снисходительно. В его глазах, которыми он смотрит на бывшую, огромное терпение и нежность. Сердце скручивает в кровавый жгут.
– Госпожа? – повторяет служанка.
– Что? Ах, да, чай! – улыбаюсь ей.
Девушка приседает и спешит прочь с подносом.
– То есть, я правильно поняла, – хмурится Ангелина. – Писать отказ ты не станешь?"
"– Я оформлю на тебя доверенность с самыми широкими полномочиями, – произносит Лэйтон. – В повседневной жизни для вас с детьми этого будет более, чем достаточно. Но некоторые виды сделок, например, с недвижимостью, ты сможешь совершать только с моего согласия.
