В пределах обочины ветер уносит пыль, сквозь небольшие трещины в земле можно видеть маленькие камешки. Журналистка тяжело дышит, перехватывая жаром руки и глядя на изможженные, обгоревшие от работы ладони. Здесь нет места для слабостей: каждый камешек — напоминание о невзрачной работе и непрерывной дисциплине....
Тянусь вперёд, кончиками пальцев в воздухе рисую очертания его руки от кончиков пальцев вверх до сгиба локтя. Касаться не решаюсь.
Вздыхаю и закрываю глаза. Надо заснуть.
Но быстро заснуть не получается, несмотря на трудный день.
Вероятно, сегодня было слишком много впечатлений для меня одной. В голове то и дело роятся мыслеобразы. Мозг прокручивает случившееся за день с разными исходами.
А если бы я не вышла из комнаты, и Шэр оставался бы с нами и дальше? Дальше бы ждал удобного момента, чтобы предать?
Вздыхаю и поворачиваюсь на другой бок.
А если бы лорд Стилл не успел спасти меня?
Снова вздыхаю и ложусь на спину.
А если бы я упала под копыта лошади и погибла?
Вздыхаю и открываю глаза. Смотрю в потолок, на котором пляшут причудливые тени от светильника и дерева за окном.
А если бы…
Вздрагиваю, потому что на живот ложится мужская рука. Резко поворачиваю голову, встречаюсь с пристальным взглядом синих глаз напротив.
Ой. Похоже, я всё-таки неосторожно разбудила кое-кого. И что сейчас будет?
Он ничего не говорил насчёт того, как и когда всё случится.
Ещё и выходка Шэра с похищением! Не разумнее ли присвоить трофей здесь и сейчас, не дожидаясь, пока его похитит очередной ушлый проходимец?
Я и возразить ничего не смогу – и так принадлежу ему. Парой дней раньше или позже – какая разница? Или просить его подождать? А смысл?"
"Чувствую тепло его руки сквозь тонкую ткань ночной рубашки.
Не стану я ни о чём просить. Я буду послушна его воле, такова моя судьба. Сейчас – значит, сейчас.
Поднимаю было руку, чтобы накрыть его ладонь своей и открываю рот, как он меня опережает:
– Прекрати вертеться, Элира.
Щёлкает и гаснет магический светильник, комната погружается в кромешную тьму.
Чувствую движение и скрип кровати. Ну… сейчас? Это случится сейчас? Но ответом на мой невысказанный вопрос становится воздушный ворох одеяла, которым меня накрывают сверху, и тихий приказ:
– Закрывай глаза и спи. Завтра рано вставать.
Заворачиваюсь в одеяло и понимаю, что мне уступили его целиком. Лэйтон так и остался лежать на кровати в той же одежде, в которой вышел после ванной.
