Автор
Внутренний голос женщины трепещет от напряжения и страха, ставя ее в невероятно унизительное положение под столом. Угроза босса буквально дышит мужским запахом прямо в лицо, оставляя щекотливую атмосферу напряжения и тревоги.
Нас усаживают почему-то во главе красиво-сервированного стола, как будто это не папин юбилей, а наша свадьба. Судя по тому, как в нас впиваются глаза всей присутствующей родни, это как в сказке: «Чтобы лучше тебя видеть, чтобы тебя съесть».
Со стороны мангала уже доносятся аппетитные ароматы, но мне под таким присмотром кусок в горло точно не полезет. Я пытаюсь затопить тошноту минералкой, когда тётя Катя, мамина сестра, вдруг обращается к Зарецкому:
— Андрей, мы уж думали, вы и в этот раз не сможете приехать.
Тётя Катя ничего плохого не имеет в виду, но звучит это так, будто на меня позарится только женатик, а я такая клуша, что это схаваю.
— Лена не хотела меня с вами знакомить, — не моргнув глазом, подставляет меня Андрей.
Я аж давлюсь минералкой и закашливаюсь, когда горячая ладонь под столом гладит моё обнажившееся в разрезе сарафана колена. Причём все видят, что Зарецкий это делает.
Драмкружочник, блин!
Красная как рак, я ищу оправдания, потому что все взгляды устремились на меня, требуя объяснений.
Мне на помощь приходит мама, но лучше бы она этого не делала.
— Наверняка Лена просто заботилась о вас. Если уж вы только через три месяца тайных провожаний решились с ней заговорить, то родители предмета страсти вас, наверное, совсем смущали…
Рука на моём колене замирает.
— Как вам вообще пришло в голову сталкерить Лену? — подливает масла в огонь Кристина.
Мне страшно посмотреть в лицо Зарецкому, и я гипнотизирую столовые приборы.
— Она с первой встречи вскружила мне голову, — ровно отвечает Андрей. — Но теперь Лена от меня никуда не денется, правда же?
И я понимаю, что мне полная и безоговорочная звезда.
— Ну ничего, — подаёт голос папа, — сегодня вольётесь в семью. На рыбалку утром позвать не могу, но предлагаю завтра…
— Пап, — хриплю я, — мы не можем остаться с ночёвкой…
— Это ещё почему? — хмурится мама. — Дело, конечно, молодое, но у отца юбилей…
— У Андрея дела…
— Никаких дел, — руинит мои аргументы Зарецкий.
— Ты же не взял с собой ничего… — я делаю ему глаза, но Андрей, паскудненько мне ухмыльнувшись, добивает:
— С чего ты взяла? Всё в багажнике.
— Ну вот и отлично, — довольно подытоживает папа. — Вам оставили комнату на втором этаже.
Что? Комнату? Одну?
Глава 20
Ружья начинают стрелять
Нет, я, конечно, подозревала, что мероприятие выйдет для меня непростым.
