Ида Багирова. В его кабинете. Сама себе не верю. Он сидит у камина, широко расставив крепкие длинные ноги, медленно потягивая уже наполовину опустевший стакан виски. Его взгляд — черный огонь из-под нахмуренных бровей — прожигает меня как ледяной молоток. С каждым вздохом воздух вышибается, словно от жары в летнем салоне....
Продолжай! Не останавливайся, — шепчу в его открытые губы, обжигаясь от нового прикосновения.
И его поцелуй. Тягучий. Мучительный. Такой долгий и такой сладкий говорит мне о том, что я не одна. Не одна я сейчас лечу на всей скорости в эту пропасть. Нас двое. Мы вместе. Вместе сейчас летим. И вместе или обретем рай, либо разкрошимся вдребезги!
И он толкается. Раскачивается во мне.
Медленно. До мучительного блаженства медленно. Выходя на всю длину и погружаясь снова. Не отводя от меня напряженного взгляда, который таки стирает всю мою боль, как чудодейственная мазь.
А после нарастая. Вдалбливаясь жадно. Ударяя внутрь так, что сжимаются соски.
С громкими шлепками. С жадным хлюпаньем влаги.
Продолжая хрипеть мое имя. Под мои тягучие стоны и крик, в котором я срываю голос до хрипоты.
Снова и снова.
До изнеможения.
До судорог, которые накрывают. Проносятся по всему телу жадными спазмами. Захлестывают с головой.
Это не секс. Это большее. Запредельное. Дикое слияние в одно.
Мы будто горим в котле. Расплавляемся.
Он снова и снова выплескивается в меня мощными струями.
Пронзает меня насквозь моим именем, содрогаясь у меня внутри. Скручивая всю меня новыми судорогами оргазмов.
Не выходит. Так и остается внутри, почти падая на мой лоб своим. Шепча какие-то невероятные нежности.
Наливается силой снова. Требовательно дергается. Пульсирует.
И снова резкие толчки. И мои судороги. И наши рваные хрипы.
До полного помутнения рассудка.
— Бадрид.
Мы так и лежим, прижавшись.
Его руки охватывают меня, заворачивая, как в одеяло. Пряча и закрывая от всего мира.
А я выписываю узоры пальцами на его животе.
И этот миг… Он… Он называется счастьем. И хочется в нем остаться. Замереть. Навечно.
— Где мы? Что это за место?
— Квартирка, которую я купил давно, — улыбается, гладя меня по губам. И я млею.
Такой другой. Такой нежный… Не верится!
— Со своих еще первых денег, заработанных без помощи отца.
Зажмуриваюсь и с улыбкой трусь о его плечо, пердставляя себе совсем другого Бадрида.
Не стального. Не такого серьезного и мрачного.
