– Вся раздражительность, все, что я делал, было платой за твою любезность… в моей манере.
– Да, ваши манеры омерзительны, – сказала она, добавив хлестко и презрительно: – сэр.
Он смотрел на нее, мечущуюся по комнате с развевающимися и свисающими до маленькой попки волосами, и хихикал, почти смеялся. Какой восхитительной штучкой она оказалась!
– Как же ты собираешься быть покорным всю неделю,
Джордж?
– Прикусив язык, как же еще? – бросила она ему.
Он рассмеялся, но так ласково, что она не обиделась.
Потом повернулся на бок, чтобы видеть все ее ужимки, когда она, швыряя одежду в угол, демонстрировала оскорбленное женское самолюбие. Она тут же осознала, как это выглядит со стороны, и схватила рубашку, чтобы надеть ее. Прикрывшись рубашкой, она хотела было забраться на свою койку, но раздумала и натянула на себя штаны. Явно довольная тем, что теперь она полностью одета, она перекатилась в свой гамак. Легкость, с какой она это сделала, навела Джеймса на мысль, что она не испытывает особых неудобств в этой несколько ненадежной постели.
– Тебе приходилось плавать раньше, Джордж, не так ли? Если не считать твоей увеселительной прогулки в Англию?
– Мне кажется, я достаточно убедительно доказала, что я не Джордж.
– Меня Джордж устраивает, милая девочка. Ты мне больше нравишься как Джордж. И тебе приходилось плавать?
– Конечно, – отрезала она и повернулась лицом к стене в надежде, что он поймет намек, но не смогла удержаться, чтобы не добавить:
– У меня есть собственный корабль, в конце концов.
– Конечно, это так, милая. – Он не стал спорить с ней.
– Это действительно так, капитан.
– Да, конечно, я верю тебе. Что же повело тебя в Англию при такой жгучей ненависти к ней? Она тихо заскрежетала зубами.
– Это не ваше дело.
– Я все равно выясню, Джордж, поэтому лучше скажи мне сейчас.
– Спокойной ночи, капитан. Надеюсь, что вас отвлекут другие мысли…
Она услышала, как он рассмеялся. Он просто не мог сдержаться, представив, что проявление ее нрава этой ночью – почти ничто в сравнении с тем, как бы она вела себя, узнав, что он с самого начала распознал в ней женщину.
В следующий раз, когда ему надоест, он, возможно, скажет ей об этом, чтобы только посмотреть, что будет.
ГЛАВА XXII
С наступлением утра Джеймс долго оставался в постели, глядя на спящую в другой койке девушку. Он жалел, что не перенес ее ночью снова в свою кровать.