Автор
В мрачном зале Британского Института, где старинные мастера хранят секреты искусства за закрытыми дверями, гипнотизирует простое платье женщины. Вечер 30 мая 1835 года в "Атенее", Лондон, 8 июля — таинственный образ изнутри, скрываемый бархатом, раскрывает страсть и анонимность великих произведений искусства....
Воздыхателей у Глэдис поубавилось.
Он предположил, что за все это нужно поблагодарить ее отца. Одно дело — добиться согласия Глэдис. И совсем другое — предстать перед лордом Боулсвортом. А тут еще перспектива стать его зятем…
Перспектива, которая заставит задрожать даже сильных духом мужчин.
И если Лисберн выиграет пари, то получит две недели, которые проведет с Леони. Конечно, все нужно держать в тайне, и ему придется увезти ее куда-нибудь, чтобы не вызвать пересудов.
Но вдруг она не захочет уезжать?
Что ж, он все-таки джентльмен и в жизни своей никогда не принуждал женщин делать то, чего им не хочется.
Саймон отбросил газету в сторону. Забрав шляпу, покинул клуб и двинулся по Пиккадилли. Дошел до угла, остановился. Постоял несколько мгновений. Потом круто развернулся и отправился на Сент-Джеймс-стрит в «Модный дом Нуаро».
Леони стояла возле дверей, пристраивая шляпку на голову манекена. На ней было платье из органди цвета слоновой кости, расшитое мелкими синими штучками. Пышные рукава казались надутыми воздушными шарами. Но вместо пелерины вроде тех, что превращают верхнюю половину женщины в широкий треугольник, повернутый вершиной вниз, она накинула на себя атласный с кружевной отделкой шарф, завязав его узлом, популярным несколько поколений назад. В отличие от многих других дневных нарядов платье позволяло мельком увидеть бархатистую кожу на шее и горле.
И хотя он был уверен, что у него есть для нее альтернативный план, его мозг сразу заработал в другом направлении — начал придумывать, как соблазнить ее.
Когда Леони заметила его, то улыбнулась своей профессионально вежливой улыбкой и двинулась навстречу.
— Милорд! — Присела в реверансе. Но не низко, как при дворе, а слегка, на деловой манер. — Джеффрис сказала мне, что вы заходили.
— В самом деле? — спросил он.
— О да, — кивнула Леони. — Есть одно или два дела…
Дверной колокольчик звякнул, и стайка девушек впорхнула в магазин.
Но это были всего лишь Глэдис, Клара и другая девчушка из семейства Моррисов — не гадюка Альда, а темненькая, — и горничная Клары, похожая на бульдога, Дэвис.
— Лисберн, — слегка улыбнувшись, кивнула Глэдис.
— Саймон, — поприветствовала Клара.
