В просторном помещении-опенспейс со стены на стену работаете десятки людей, а мы с мужем Славиком остались вдвоем. Два года назад мы пришли туда одновременно и уже так привыкли друг к другу, что неразлучны. Кажется, даже в самые трудные моменты, когда кажется, что слёзы близки — мы всегда рядом, поддерживая друг друга....
А они, не сладив с ним, призвали, как обычно, меня.
В таких случаях главное — дать человеку выговориться, оставаясь при этом спокойной и доброжелательной, даже если хочется послать скандалиста куда подальше. Потому что если он не выльет всё, что в нём бурлит, то конструктивного диалога не получится. И хуже того, он пойдёт искать, кому ещё вывалить своё возмущение. Например, вышестоящему начальству.
Так что я нацепила дежурную улыбку и приготовилась переждать поток негатива. Обычно это правило работало без осечек.
— Каждый месяц я плачу за телефон ровно двести рублей. А в этом месяце пришёл счёт на двести двадцать рублей! То есть вы подняли цены, не уведомив меня! — клокотал хорошо одетый мужчина лет сорока пяти, суя мне в лицо счёт на оплату.
Потерпев до паузы, я аккуратно пояснила, что у нас договор оферты, а это значит, что информацию о повышении тарифов мы публикуем на сайте и в печатных изданиях.
— Что мне ваш сайт? Я туда не захожу! Уведомлять надо каждого лично!
— К сожалению, у нас нет такой возможности.
— Что вы говорите? Как деньги брать с каждого — так это вы быстренько, а как предупреждать, то сразу нет возможности? Мошенники! Сволочи! Паразиты! — кипятился мужчина.
— Успокойтесь, прошу вас. Поймите, пожалуйста, таковы правила.
— Имел я вас и ваши правила!
Мужчина яростно смял счёт в кулаке и швырнул в меня. Бумажный шарик угодил мне прямо в лоб. Я от неожиданности охнула и отшатнулась.
Клиент всегда прав, напомнила я себе непреложное правило, подавляя приступ гнева. Затем как можно невозмутимее, произнесла:
— Извините, но мы не сможем продолжать диалог в таком духе.
— Вы ещё попомните у меня! — он нацелил в меня палец, как пушку. — Я это так не оставлю. Я в Роскомнадзор пойду. Вы у меня все ещё попляшете!
С этими словами он стремительно вышел, хлопнув дверью. Мне стало неловко перед девочками и другими клиентами, которые с любопытством и ужасом наблюдали за этой сценой.
Я вернулась к себе. После его ухода остался неприятный осадок. Зато этот скандалист меня отвлёк, взбодрил и ещё больше облегчил решение уволиться.
За полчаса до конца рабочего дня секретарша Лидочка позвонила мне на внутренний и оглушила:
— Ксения Андреевна, вас вызывает к себе Илья Сергеевич.
Она, наверное, поняла моё гробовое молчание неверно и поспешила напомнить, кто это:
— Наш новый коммерческий директор.
