28 апреля 1943 года. Немцы готовились к новой контратаке. В дождливую погоду их бронированные танки и роты бросились вперед, прятавшись за лесами и полями. Кровь билась в жилах солдат, когда они взрывали глинобитные укрепления и поддавляли обледеневших советских пехотинцев из танковых бригад. Абверсские разведчики уже спрятались за деревьями, наблюдая за ходом сражения....
"
"Тот шел наискосок, в ту точку, где полуторка должна была повстречаться с лесом. Пустовой справлялся со своим делом лучше, чем водитель грузовика, но тот уже был у цели.
Алексей в отчаянии обернулся. Подмога пылила по дороге. Те еще тихоходы. Рассчитывать на них не стоило.
Полуторка выдохлась метрах в ста от леса. У нее наконец-то сломалось что-то важное.
Две тени отделились от машины, заскользили по полю. Один человек хромал, отставал, другой тащил его за руку.
Левторович победно заулюлюкал. Оказалось, что совершенно зря.
— А я виноват? — выкрикнул Пустовой, выпрыгнув из машины. — Суют всякий хлам. Как на нем прикажете ездить?
Офицеры, не сговариваясь, передернули затворы и побежали вперед. Луна освещала местность, кочки неплохо выделялись среди лохмотьев жухлой травы. Беглецы уже почти добрались до лесу, а оперативникам оставалось до него еще метров полтораста.
— Парни, огонь! — прохрипел Алексей. — Не дадим им уйти!
Целиться на бегу было невозможно. Пули летели по каким-то сложным траекториям. В ответ гремели выстрелы из ППШ. Оперативникам пришлось рассыпаться, бежать зигзагами. Только не ложиться, нестись вперед!
А беглецы уже врывались в разреженный молодой осинник. Стрелял один человек, тоже на бегу, не целясь.
Оперативники меняли магазины, вытягивались в цепь. На опушке они все же залегли, по команде Алексея стали стрелять веером.
Беглецы бесхитростно неслись дальше. Под их ногами трещал хворост, ломались ветки.
— Огонь! — приказал Алексей.
Офицеры стреляли по звукам густо, не жалея патронов. Они услышали вскрик. Потом снова захрустели ветки.
Оперативники опять побежали вперед. Они меняли направление, маневрировали, сбивали с толку стрелка.
Мертвое тело валялось между деревьями, раскинув руки.
— Парни, вперед малым ходом, — прошипел Алексей, опустился на корточки, включил фонарь.
Капитан Чаплыгин умирал, вздрагивал, царапал землю. Глаза его уже не реагировали на электрический свет. Жалко, конечно. Надо было живым брать!
Саблин быстро осмотрелся. Оружия у Чаплыгина не было. Видимо, он рассчитывал на помощь хорошо подготовленного сообщника.
Да, Гуляев оказался изворотливым, весьма хитроумным врагом.
