В тихом уголке под старыми окнами, где даже ночью можно уловить легкий аромат свежевыжатого лимона, наш герой начинает очередной день вдвоем с неожиданным гостьем: мышью, притаившейся в холодильнике. Без единой мысли о том, что будет дальше, он натягивает на себя старую куртку и выходит на лестничный подъезд, чтобы нести коляску по узким ступеням. Внутри собственной квартиры он чувствует только одиночество — жена давно покинула его дом....
— А приказа на разделение не было. Решать тебе, конечно, но я бы вернулся. Пусть комендант решает. У них отсюда дорог только три. Или к крепости, или к городу, или обратно в горы. В горы им идти смысла нет. Не для того здесь собирались, вот и выходит, или к нам, или в город. Я так думаю, сначала к нам пойдут.
— С чего так решил? — тут же заинтересовался Ермил.
— А с того, что на город идти, когда мы сзади, им смысла нет. С двух сторон зажмем и раздавим. Да и гарнизон там больше. Намного. А вот крепость наша им мешает крепко.
— Но сюда-то они пришли. Теми самыми тропами, — резонно возразил пластун.
— Верно. Но только мы не знаем, как долго они шли, и как долго собирались, — пожал Елисей плечами. — Впрочем, тебе решать. Я тут только так. Проводником.
— Не прибедняйся, — отмахнулся Ермил. — Кабы не ты, мы б про эту долинку и не узнали. Было бы тебе годков поболе, к себе в ватагу взял.
Это было неожиданно и приятно. Услышать от профессионального разведчика признание своих умений и заслуг дорогого стоит. В ответ Елисей благодарно склонил голову. Казаки только понимающе усмехнулись и продолжили совет. С тем, что за ущельем нужно приглядывать, все были согласны, но их было слишком мало, чтобы перекрыть все задачи, которые им нарезал комендант.
— Ладно, — подумав, принял решение Ермил. — Тут ходу всего день. Успеем до крепости сбегать.
— Тогда снимаемся, — предложил Елисей. — До темна время еще есть. Почитай полпути отмахать успеем. В лесу заночуем и в крепость днем вернемся.
— Добро. Так и сделаем, — кивнул Ермил и первым поднялся."
"Спустя минуту на месте, где только что сидели четверо, осталась только примятая трава. Четыре фигуры растворились в лесу словно призраки. Шагая по лесу, Елисей продолжал обдумывать ситуацию и все больше склонялся к выводу, что эта толпа собирается напасть именно на крепость.
Часа через четыре, удалившись от входа в ущелье километров на тридцать, они встали на ночевку. Костер разводить не стали.
