Во дворец прибыла особа непонятного происхождения — Джина, и кажется, ее ждет самый тяжелый месяц в жизни. Здесь ожидают пышный прием и множество важных знакомств с принцем, а не монастырь с полным отсутствием забот о полях и полянах.
Я нервно рассмеялась, приводя ее в недоумение.
— Королева? Думаешь, меня в его спальне ждет священник с кольцами?
— Я не маленькая, — спокойно отреагировала подруга, — и уже давно в курсе, что происходит в супружеской постели. Но разве это не первый шаг к долгим и крепким отношениям?
— Звучит оптимистично, но ты заблуждаешься, — невесело хмыкнула я, вынимая из прически бабочек и бросая их в кресло, — кроме того, я его почти не знаю, и от одной мысли, что… что… в общем, меня передергивает.
— Уверена, все не так страшно.
Ее заявление вырвало из моего горла хриплый смешок. Я откинулась на спинку кресла, вообразив на мгновение, что Эдмунд склоняется надо мной, сложив губы для поцелуя…
— Нет, не могу, — резко села, — это слишком. Принц, конечно, красив, но…
— Ты с детства знала, что твой брак не будет по любви, — перебила меня Элина, — не хочешь же ты остаться в Хоупсе до конца жизни?
— Очень даже хочу, — отозвалась я, вздыхая.
— Твой брак должен оправдать ожидания лорда эль-Берссо, поэтому…
Еще один тяжелый вздох из моего кресла.
— … поэтому надевай сорочку!
— Ни за что.
— Если ты этого не сделаешь, навлечешь гнев его высочества.
Интересно, как часто принцу отказывают? И находятся ли сумасшедшие, которые отклоняют приглашения подобного рода?
— Ты прекрасно знаешь, по какой причине мы приехали, — напомнила Элина. — Твой отец нуждается в помощи. Люди в Хоупсе не переживут следующую зиму.
— Сегодня ночью Эдмунд будет меньше всего думать о проблемах моего отца.
— Но если ты ему откажешь… Джина, я боюсь думать о том, что будет с нашим домом. Каждую зиму там умирают люди… много-много людей…
Я взглянула на сорочку, затем на Элину, которая состряпала просяще-требовательное выражение лица.
— У меня есть идея, — поднявшись, я подошла к зеркалу, — но, видит Бог, я делаю это ради Хоупса.
Пожалуй, я не знала, что хуже: оказаться в постели принца или перед дверью лорда Берингера. Если первого я страшилась, то от второго приходила в дикий ужас.
