В свете лунной поганки мерно поскрипывал полевой телефон. Несчастный обер-ефрейтор с расстегнутым воротом кителя морщился от ухудшившегося качества связи, при каждом разговоре поковыряясь в ухе. Это описание создает атмосферу глухих ночей, когда каждый шепот имеет смысл всей войны....
Насилу он высвободился из объятий, густо покраснел. Сельчане были растеряны: кто-то не разбираясь бросился в деревню, другие мялись вокруг разведчиков. Глафира схватила подмышки падающую с ног пожилую женщину, повела её вниз по склону. Симпатичная девица с косой в ужасе отшатнулась от мёртвого солдата, зажала рот, стала пятиться.
– С того света народ вернулся, – покачал головой Смертин. – Ну и дела…
– Родные вы наши. Вы немцев гоните, освобождать нас пришли. Опомнилась Красная Армия, – пожилой хромоногий мужчина сильно волновался, совал разведчиком трясущуюся пятерню.
– Так, товарищи!.. – громко объявил Глеб. – Мы действительно представляем Красную Армию, работаем в неприятельском тылу.
Люди заволновались, возбуждённые женщины обступили Шубина.
– Как же так, сынки?.
– Люди, я всё сказал. Повторяю, мы не можем вас взять. Ваша жизнь в ваших руках. Ефим Михайлович, можете нам помочь? – он отвёл хромого старика в сторону."
"– Конечно, лейтенант. Мы всегда поможем, – сельчанин заволновался, дрогнули впалые щёки, обросшее свинцовой щетиной. – Но мы люди маленькие, чем можем помочь? Попытаемся, конечно, еды вам собрать, одёжу какую-никакую, обувку.
