Я стояла у двери его кабинета, сердце колотилось в груди. Знал ли Коул о моих мыслях? Как бы я ни пыталась скрыть свое волнение, он всегда чувствовал меня. Передо мной лежала загадочная книга "Опасная красота", которую мне поручили проверить. Внутри могла быть ключ к открытию тайны его строгого обета и того самому потустороннему чувству, которое меня гнало.
А с самого краю первого ряда, за три свободных места от остальных в кресле развалился, положив ногу на ногу, сам Кастор Трой. Я очень надеялась, что его не будет, так как к нравственникам и их операции он отношения, по своей сути, не имел, но куда уж там! Офицер Трой буквально пожирал меня глазами, и с каждым движением мне казалось, что на моих щиколотках и запястьях, на моей шее, талии, груди и бедрах затягиваются невидимые петли. Они опутывали меня, как паутиной, загоняя в ловушку, но они состояли из шелка, и его гладкая прохладная текстура льнула к телу.
Я понимала — если раньше был хоть какой-то шанс, что его интерес ко мне угаснет, что было бы моим спасением, сейчас надеяться на это уже не приходилось.
И в то же самое время что-то дрогнуло и вспыхнуло во мне, когда я, красиво (в точности как учила Альмади!) тряхнула волосами и, наклонившись, провела пальцами по своей груди.
Вы, кажется, говорили, что я не в вашем вкусе, офицер Трой?
Неизвестная мне певица хрипловатым и чрезвычайно сексуальным голосом (наверное, такая музыка вообще запрещена!) с интимным придыханием позвала закружиться в малиновом вихре, а я, изящно выгнувшись, сбросила свою жилетку со сцены, оставшись в одном корсете и чулках.
Святые небеса, перед толпой мужчин, которые с умным видом смотрели на меня, оценивая степень моей привлекательности! Перед толпой мужчин, которые, вообще-то, судят и наказывают за подобное.
И, абсолютно не стесняясь, Кастор Трой у всех на глазах встал со своего места, поднял шелковистую алую материю и вернулся обратно в кресло. Я видела, как смял он ткань в своих руках и как поднес ее к лицу, словно напоказ вдыхая запах.
Я знала, как пахнет жилетка. Перед самым выходом Сабина Альмади несколько раз брызнула на меня из овального флакончика с изящной каретой на матовом стекле… И переборщила, на мой взгляд! Духи окутали меня, как густой туман.
Это был нежно-пудровый запах груши, малины и розового перца, запах гардении и цикламена. Это был аромат, в который я влюбилась с первого вздоха. Ведь духами я не пользовалась — хорошие стоили для меня слишком дорого.
Я видела, как вспыхнули темно-красным зрачки Кастора Троя и как он вдохнул мой запах снова.
И я видела, как посмотрел на него Коул Тенер. А потом перевел свой взгляд на меня."
"На протяжении всего моего танца Его Высокопреосвященство сидел в самом центре ряда, не шелохнувшись, подобно каменному изваянию.
