Весна разносится по Ницце, где паруса яхт белели на аквамариновой воде Лигурийского моря. Теплые запахи цветов и солнечного света создают идеальную атмосферу для загадочной операции, которая готовится в глубокой тени дворца. Ветер шепчет слухи о несчастном рейде — а кто знает, может быть, именно здесь все и начинается......
Вроде бы незначительные, они в то же время убедительно и наглядно работали на чекистскую версию.
Тысячи шагов, шагов по зыбкому льду, который, случалось, явственно прогибался под ногами и угрожающе трещал.
О Париже мечталось, как о некоем оазисе, где можно перевести дух, пожать руку товарища…
— И всё-таки я попытаюсь встретиться с кем-нибудь из этих господ.
— Дай бог, чтобы вас приняли просто за очередного афериста или попрошайку-неудачника из беглых соотечественников. Хуже, если вы таким визитом обратите на себя внимание…
— Риск в нашей работе всегда есть… Но встреча будет носить деловой характер.
— Приказывать вам не имею права, — неожиданно сухо откликнулся Крауминь. — Однако торопливость обычно не приводит к добру… К кирилловцам надо подбираться с другой стороны.
— Как?
— Я лично предпочитаю ходить низом. И примечают меньше, и дешевле обходится…
Руки Крауминя перестали обирать на крылатке невидимые пылинки. Усталость в глазах исчезла, и в глубине зрачков вспыхнули весёлые живинки.
— Вожу знакомство с неким капитаном Нароковым. Военный химик, проживает в Ницце. Имеет связи с кирилловцами, а я пользуюсь его расположением…
Крауминь сбил на затылок широкополую шляпу, улыбнулся и продолжил:
— Капитан считает, что будущие сражения можно выиграть только с помощью химии. Энтузиаст-изобретатель. Сидит без денег. Я устроил ему небольшой кредит, отпускаю нужные химикалии. Нароков может помочь проникнуть к кирилловцам. Я считаю, что сейчас, после установления связи с Торгпромом, они пойдут на диверсию и террор.
— Почему так думаете?
— Два месяца назад Нароков, при моем участии, испытывал очень странную игрушку. Мне кажется, он что-то прослышал в отношении будущих планов «императора Кирилла Первого» и решил припасти, как говорится, яичко ко христову дню.
— Что же за яичко припасать надумали? Любопытно бы узнать подробнее.
— Можно и подробнее, — согласился Крауминь и начал рассказывать о неожиданном телефонном звонке Нарокова, раздавшемся недавно в книжном магазине.
— Потрясающая штука! — рокотал в телефонной трубке хрипловатый басок капитана Нарокова. — Через час заеду к вам, Густав Янович… Эти кретины, кроме «шагом марш!», ничего не смыслят… Хотят, чтобы на испытании присутствовал незаинтересованный специалист. Надеюсь, не откажете в любезности…
Крауминь не мог отказать доброму знакомому.
Встретились на Больших бульварах. Нароков приехал туда на автомобиле, за рулем которого сидел рослый мужчина.
