Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
Сама примеряла платья, которые идеально садились на точеной фигурке и крутилась передо мной, со словами:
— Учись, как надо."
"Я держалась как могла, утешая себя мыслью, что это не может продолжаться вечно. Рано или поздно сестрица выдохнется, потеряет запал и заткнется. Но не тут-то было. Она, наоборот, все больше распалялась, и когда, маменька прохаживалась мимо прилавков, подбирая ткани и украшения, сестра всячески позорила меня перед случайно забредшими в салон покупателями.
Ей все-таки удалось выбить меня из колеи, и спустя два часа я мечтала только об одном — вернуться домой, и больше никогда, ни за что не ходить по модным салонам.
***
— Тебе очень идет этот цвет, — умилилась маменька, глядя, как портниха изо всех сил пытается упаковать меня в небесно-голубое атласное платье. Я стояла, уперевшись руками на стол, а мадам Адлер затягивала шнуровку на корсете.
— Выдохни, милая, — произнесла она совсем не ласково, с ожесточением сдувая со своего вспотевшего лица волосы, которые выбились из некогда аккуратной прически.
Я выдохнула на сколько могла, мне даже показалось, что живот к спине прилип, а она снова рявкнула
— Я сказала выдохни, а не вдохни!!!! — и дернула за шнурки так, что искры из глаз посыпались, пришлось ухватиться за край стола, чтобы не повалиться на пол.
Илона хихикнула и развернувшись к зеркалу, любовно погладила себя по плоскому животу и гладким бокам. Портниха бросила на нее завистливый жадный взгляд, а потом с снова с ожесточением переключилась на меня:
— Не дыши! Не шевелись!
— Может не надо? — простонала измученно и посмотрела на родительницу, обмахивающуюся кружевным веером.
— Еще как надо, — прошипела портниха и с громким «хы» снова дернула шнурки, — я, по-твоему, зря тут полчаса потом обливаюсь. Терпи!
Портниха тоже состояла в клубе славных жен Боунса и была давней подругой маменьки поэтому особо не церемонилась в выражениях.
— Что ж ты такая объемная, милочка! Вон смотри на сестренку свою — любо дорого смотреть, а уж наряжать ее — одно удовольствие.
Я что-то промычала — из-за тугого корсета не хватало воздуха, и перед глазами плавали темные круги.
Илона самодовольно улыбнулась и смерила меня надменным взглядом.
— Это она в бабку пошла. Леди Изольда тоже была крупной женщиной, но такой грациозной! Не шла, а словно белая лебедь плыла, все мужчины шеи себе сворачивали, провожая ее взглядом.
