Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
Свет факелов рядом с ней дрожал и мерк, уступая темноте, а бедные мышки с таким истошным писком пытались спастись, что у меня волосы на затылке дыбом встали. От простой тени они бы так не бежали. Те, кого она настигала — падали замертво и бились в агонии.
Черное облако неумолимо приближалось, а я не могла пошевелиться. Ноги от страха словно к полу приросли, и только когда между нами оставалось метров десять, я пришла в себя и бросилась бежать. Как назло, на пути не попадалось, ни ответвления, ни ниши, ничего, в чем можно было бы укрыться.
Темнота неумолимо нагоняла, дышала в спину зловещим холодом.
Не придумав ничего лучше, я упала на пол, прикрывая голову руками и задержала дыхание. Черное облако, потрескивая морозом, прокатилось прямо по мне. Стужа достигла апогея, а потом растворилась, так и не причинив существенного вреда. Только кожу на руках щипало, будто зимой в прорубь опустила. Все остальное было прикрыто одеждой.
Выдохнув, осторожно приподнялась, и посмотрела вслед облаку. Оно прокатилось вперед еще метров на двадцать и рассыпалось темными осколками.
Осторожно поднявшись на ноги, я обернулась и чуть не заорала во весь голос. Недалеко от меня стояла Натаэлла, и вид у нее был странный. Она и так добротой не отличалась, но сейчас глаза горели лютой злобой.
— Привет, — я скованно улыбнулась, но ответной улыбки так и не последовало. — ты видела это черное облако?
— Видела? — хмыкнула Натаэлла, — я его создала.
— Зачем?
— Разве не понятно? Чтобы избавиться от надоедливой соперницы, — шагнула ко мне, сжимая кулаки, — не понимаю, как ты вообще смогла дойти до финала. Здоровенная, несуразная…да на тебе только в поле пахать. Как ты вообще посмела сюда сунуться? А еще не понимаю, почему с тобой все носятся. Смотрящие тебя оставили несмотря на то, что ты опозорилась на третьем испытании. Бабка эта бестолковая возле тебя крутится…
— Сама ты бабка бестолковая, — огрызнулась я.
— Даже жених на тебя обращает больше внимания, чем на всех остальных.
— Влюбился, наверное, — невесело усмехнулась я, но Натаэлла шутки не оценила. Зубы стиснула, так что по щекам белые пятна пошли и шагнула ко мне. Зловещие тени залегли у нее на лице. В трепещущем свете факелов красивая девушка внезапно стала похожей на старую злобную ведьму.
— Тебе здесь не место, — прошипела она.
— Мне уже говорили, но тем не менее, я здесь.
