Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
Отец недовольно посмотрел на мои босые ступни и покачал головой, пришлось незаметно отступать за кресло, чтобы не смущать важного гостя своими чумазыми пятками."
"— Итак, — продолжил он раскатистым голосом, — я здесь для того, чтобы сообщить прекрасную новость. Сын наместника вернулся со службы, и по старинной традиции в середине лета состоится отбор среди невест, на который приглашены девицы из самых древних родов.
Ух ты! Отбор! Невест! Хотела бы я на него попасть! Говорят, там денег можно не слабо получить, да и сын наместника в хозяйстве пригодился бы.
Но… Увы и ах. Кому нужна широкая в кости неудачница Ксанка, когда есть хрупкая и нежная Илона?
Вот и сейчас Барсон достал свиток, перевязанный алой лентой, и шагнул к сестре, восторженно обмахивающейся изящной ладошкой. Ее щеки заливал красивый, трогательный румянец, а глаза сияли как два сапфира.
Мне даже завидно стало.
— К сожалению, — произнес он таким голосом, в котором не было и капли этого самого сожаления, — по закону каждая из семей имеет право отправить на отбор только одну из своих дочерей.
При этом смотрел на меня. Я только плечами пожала. А что еще оставалось делать? Не отбирать же силой заветный свиток? Хотя, если очень постараться, я бы, наверное, смогла. От этих мыслей захотелось хихикнуть, но я сдержалась. Тем более отец смотрел так строго, что мороз по коже прошел.
— Поставь вот здесь свою подпись, — ласково, чуть ли не по-отечески говорил Лэнд Барсон, обращаясь к сестре.
— Да-да, — восторженно лепетала она, мысленно уже видя себя женой сынка наместника.
— Вот здесь, — снова указал герольд, — этой подписью вы даете согласие на участие в отборе, и гарантирует отсутствие у вас других брачных обязательств.
Тонкая рука сестры, сжимавшая перо, остановилась в сантиметре от пергамента, а потом мелко затряслась.
Илона вскинула беспомощный взгляд на отца. Тот насупился и безмолвно шлепал губами, пытаясь найти слова.
— В чем дело? — улыбнулся вестник, приняв состояние Илоны за волнение перед важным шагом, — смелее.
— Понимаете, — произнес отец слегка осипшим голосом, — она помолвлена.
Барсон тут же выпрямился и отдернул свиток из-под дрожащего пера.
— Это ведь неважно? Мы сегодня же исправим это досадное недоразумение, — папенька заискивающе улыбнулся, заглядывая в глаза седовласому мужчине.
— Исключено, — от ласкового тона не осталось ничего, — правила для всех одинаковы. Никаких помолвок, женихов и прочих обязательств. Девица должна быть абсолютно свободна.
