Несмотря ни на что, Ксанка боролась за свою жизнь в шумной клинике для неудачниц. Громкие голоса и смех постоянно напоминали ей о своей нервной уязвимости. Ее каждый день – настоящая битва, где каждое слово и действие можно истолковать как признак ее неудачности.
"
"— Ладно, чучело ты полосатое, сам напросился, — прошептала сердито, когда он снова пронесся мимо, едва не задев мне по лицу хвостом.
На заборе висело что-то кожаное, похожее на широкий пояс с петлями по краям. Наверное, это специальное седло. Рядом уныло свисал недоуздок, похожий на те, что были у нас в конюшнях, только шире. Еще была веревка, с петлей на конце.
Сетуя на то, что не додумалась прихватить с собой чего-нибудь вкусного, чтобы подманить зверя, я потянулась за верёвкой. Оставалось только накинуть петлю на шею шестилапому и остановить этот нескончаемый бег по кругу.
***
Веревка привычно легла в руку. Знакомое действие, которое я выполняла сотню раз у себя дома, успокоило, подарило ощущение уверенности. Справлюсь. Буду считать, что это просто такая некрасивая шестиногая лошадь. А с лошадьми я с детства обращаться умею.
Раскрутила конец веревки и метнула в сторону зебраша, как раз проносящегося мимо. Петля легко упала на шею и затянулась.
— Поймала! — радостно воскликнула и тут же испуганно завопила, — стой!!!
Ему было глубоко плевать на то, что я его «поймала».
— Черт! — затрясла руками, дуя на покрасневшую кожу, — ну я тебе устрою.
Улучив момент, когда зверь пробегал мимо меня, изловчилась и схватила конец веревки. Пришлось бежать и подстраиваться под темп зебраша, но зато у меня получилось сделать еще одну петлю, которую я успешно накинула на деревянный столбик забора.
Зверюга побежала дальше, не заметив, как натягивается веревка. Рывок, и столбик затрещал, но устоял. Петля на шее зебраша затянулась еще сильнее, он захрипел и чуть не повалился на землю. Бедолага.
Зато остановился. Удивленно посмотрел вокруг, будто вынырнув из глубокой задумчивости, и обернулся ко мне.
— Привет, — улыбнулась, напряженно всматриваясь в зверя и пытаясь понять, что у него на уме.
Он продолжал стоять. Наклонял голову то на один бок, то на другой, как большой любопытный пес. Маленькие темные блестящие, как бусины, глаза подозрительно рассматривали меня, а крылья взволнованно приподнялись над спиной.
Я подошла ближе и медленно протянула руку, стараясь не спугнуть его и заодно не показать своего собственного страха. Зебраш принюхался, шумно втягивая воздух приплюснутыми ноздрями, потом сердито фыркнул.
