Автор
Ночью, холод и пустынным лесом заволокло темными тенями. Жуткая интрига разворачивается в свете оранжевого светильника, который пробивает сквозь приоткрытую дверь. В кромешной тиши я замечаю детский силуэт, и этот знакомый образ будоррезит мой сон, заставляя меня резко вскакивать на кровать, ощущая себя центром загадочной истории....
Обтекаемые фразы вряд ли обманывают маму, но она не давит, уважая мое право на личную жизнь, но любопытства это не отменяет, и вопросы не иссякают:
– И почему ты не хочешь пойти?
– Мне нечего там делать, да и не умею я вести себя в таком обществе.
Мама хмурится:
– Не замечала, что ты вытираешь руки о скатерть и пьешь чай из рюмки, – не отстает она.
– Мам. Это все… ну не настоящее… – я не знаю, как ей объяснить, не вдаваясь в подробности.
Она разливает чай по чашкам и как-то очень сурово говорит:
– Доча, а что настоящее-то? Когда ты у меня стала такая осторожная, как вахтерша-пенсионерка? Тебе двадцати пяти нет, а вся твоя жизнь только вокруг Тимошки.
– Это вряд ли подходящий вариант, – поджимаю я губы.
– Почему ты так решила?
– Это точно не навсегда.
Мама всплескивает руками:
– А что навсегда? Посмотри на меня. Я вдова. Какие в жизни могут быть гарантии? Ну и что не навсегда, Варя! Зато будет, что вспомнить.
– Как Маше? – вскидываюсь я.
И осекаюсь.
Но мама, тяжело вздохнув, пытается что-то мне донести:
– А что случилось-то? Тимка? Разве плохо вышло? А то, что с Машей произошло… Так это ведь в любой самой полной и счастливой семье может произойти, как это ни больно. Мы потеряли ее точно не из-за неудачного романа.
У меня под кожей будто стая ежей. Мне неприятны почему-то мамины слова. Будто я глупая и не вижу своего счастья.
– Ты думаешь, что надо ухватиться за состоятельного мужчину? – напрямую спрашиваю я.
Уставившись в красновато-коричневый покачивающийся круг чая в чашке, мама тихо говорит:
– Я думаю, Варь, что жизнь очень коротка. Иногда не предсказуемо. Я не толкаю тебя на эту вечеринку. Но ты ведь не только туда не пойдешь. Ты никуда не ходишь. Дом, работа, садик, магазин. Я даже не уверена, что у тебя мужчина был. Даже я, оставшись вдовой с двумя маленькими детьми, не была такой затворницей…
Вот, значит, как.
А я думала, что мама ценит, что я все стараюсь по дому делать, одобряет, что все внимание ребенку, оставшемуся без мамы…
Резко поднимаюсь из-за стола:
– Я подумаю, как разнообразить свою серую никчемную жизнь, – бросаю я и ухожу к себе.
– Варь…
Уже в комнате мне становится стыдно за свой всплеск.
Но вернуться и попросить прощения мне не дает раздавшийся звонок мобильника.
Вот и Воронцов.
Глава 52
Разговаривать с Виктором не хочется совсем. Удивительным образом он каждый раз умудряется настоять на своем.
