Автор
Ночью, холод и пустынным лесом заволокло темными тенями. Жуткая интрига разворачивается в свете оранжевого светильника, который пробивает сквозь приоткрытую дверь. В кромешной тиши я замечаю детский силуэт, и этот знакомый образ будоррезит мой сон, заставляя меня резко вскакивать на кровать, ощущая себя центром загадочной истории....
Какой же он бесстыжий! Так откровенно говорить об этом!
«Завтра с утра пришлю машину. Жду не дождусь, когда ты наконец подчинишься».
Я вою в голос.
На мои вопли в кухню вбегает Тимошка, который абсолютно счастлив, что в сад идти не надо. Вот кто не испытывает никаких сожалений по поводу карантина.
– Гулять пойдем? – спрашивает он, плюхаясь на свое место.
Собираю мозги в кучку, пока Тимка вскрывает йогурт и выливает на кашу. Откуда он этого набрался, ума не приложу.
– Пойдем, – вздыхаю я. – Но только до обеда.
Надо как-то вымотать киндера, иначе он не даст ничего делать.
В итоге выматываюсь я. Тимка же остается свеж и бодр, и пока я собираю сумки, он под запущенный по кругу мультик бегает по комнате и всячески мне мешает.
– А мы надолго? А кто там будет? А игрушки там есть? А мусоровоз? – сыплются из него вопросы. – А горку сделаем? А бабушку не возьмем?
Причем ответы он не слушает и через пять минут все снова-заново."
"Я по десять раз вынимаю всю коллекцию динозавров, требуя, чтобы Тимка определился и выбрал два-три, но каким-то непостижимым образом динозавры продолжают множиться в сумке, стоит мне только отвернуться на минуту.
Вечером, вернувшаяся мама перебирает наш багаж, чтобы запихнуть аптечку, и снова изымает оттуда зеленых монстров.
Ночью я слышу подозрительное шуршание в коридоре, и утром, проснувшись, проверяю Тимкину сумку. Она самая большая. Сверху ничего не обнаруживаю, а копаться в недрах сил больше нет.
Я и так на нервах, пока жду сообщения от Воронцова.
Мне все больше кажется, что я совершаю что-то судьбоносное. И меня уже подмывает отказаться, как раздается звонок мобильника.
– Варвара, готова? – низкий голос Виктора бьет по напряженным нервам. – Машина ждет внизу. Детское сидение есть.
Последняя фраза сказана явно, чтобы пресечь возможные отговорки.
– Спускаюсь, – отвечаю я, и звучит это как-то жалобно.
Воронцов усмехается:
– Ну-ну. Я не Синяя борода. Ты привыкнешь.
Никогда не привыкну, понимаю я и обреченно застегиваю пуховик.
У подъезда действительно ожидает черный седан представительского класса. Пожилой водитель помогает с сумками, пока я устраиваю Тимошку в кресле. Он естественно в восторге. Отличная машина, почти как мусоровоз. Водитель смеется в седые усы, когда я развожу руками.
Дорога до места назначения оказывается долгой.
Почему-то я думала, что когда речь шла о коттедже, имелось в виду то место, где мы впервые столкнулись с Воронцовым.
