В больнице наступает серые часы перед рассветом, когда пациенты чаще всего подвергаются припадкам и умирают. Анатолий решает разрядить обстановку, угостившись с парнем Славиком за чашкой кофе. Вдруг Славик сообщает страшную новость: его лучшая подруга Софья влюблена в Монахова, доктора клиники. Тихая больница становится источником острых ощущений и непредсказуемых приключений....
Надежда слушала очень внимательно и про серебристый мох, растущий с северной стороны деревьев, и про муравейники, располагающиеся с южной стороны, и про более короткие ветки с севера, однако в глубине души была уверена, что у людей, которые, подобно ее мужу Сан Санычу, прекрасно ориентируются в лесу, внутри сидит маленький компас, который мало того что указывает стороны света, но еще и говорит тихим приятным голосом, куда в данный момент нужно свернуть. У нее же, Надежды, несмотря на высшее техническое образование и светлую инженерную голову, наличествует совершеннейший топографический кретинизм, и никакие короткие ветки и муравейники тут не помогут.
Просека, несомненно, была та самая, которая проходила неподалеку от хутора, Надежда узнала свежие отметины на деревьях, но вот солнце, разумеется, скрылось за коварную тучу. Пришлось снова побеспокоить мрачных аборигенов.
— Мужики, а хутор в какой стороне?
— Заблудилась, что ли? — вступил в разговор тот, с огромным носом, очевидно, хороший от природы характер взял верх над похмельем.
— Ну надо же, — Надежда прислонилась к трактору, потому что ноги отказывались служить, — и как меня угораздило?
— И грибов никаких нету, — работяга заглянул в пустую корзинку, — говорил же третьего дня: на Елизаветино поле идти надо, как его пересечешь — так будет Егерская тропа, по ней совсем немного пройти — вот тебе и грибы будут! Вчера сам там был, ведро принес! Соленики все больше…
— А где это — Елизаветино поле? — спросила Надежда больше для разговора, поскольку после сегодняшних приключений дала себе слово в лес больше в одиночку не ходить.
— А это… — растерялся работяга, — да как объяснить, все равно вы, городские, не найдете…
«Уж это точно», — покаянно подумала Надежда.
— Я все грибные места знаю! — хвастался носатый.
— Горелую поляну? — насторожилась Надежда."
"— Ну да, там, понимаешь, лет двадцать назад пожар был, все выгорело, с того времени и зовут то место Горелой поляной. Из грибов там одни маслята, в хороший год — видимо-невидимо, но сейчас нету.
И тут будто молния сверкнула у Надежды в мозгу. Собственно, нужная мысль давно уже сидела в голове, только не было у нее случая вырваться на поверхность.
