В больнице наступает серые часы перед рассветом, когда пациенты чаще всего подвергаются припадкам и умирают. Анатолий решает разрядить обстановку, угостившись с парнем Славиком за чашкой кофе. Вдруг Славик сообщает страшную новость: его лучшая подруга Софья влюблена в Монахова, доктора клиники. Тихая больница становится источником острых ощущений и непредсказуемых приключений....
— Надо скорее отсюда уходить, а то вдруг это заразно… еще попадешь в эти… в параноики или в шизофреники, цветочки разводить…»
Вслух же он сказал другое:
— А где сейчас этот ваш Валдис?
— Не скажу! — воскликнула сестричка, гордо откинув голову, как партизанка на допросе. — Ни за что не скажу! Можете меня пытать, вы все равно ничего не добьетесь!
— Ну, пытать! — Николай усмехнулся. — Какого вы мнения о нашей полиции! Пытать вас никто не собирается, а вот спросить вас я должен: вы сами-то знаете, где он находится и что делает? Дело в том, что совершено несколько убийств… два из них — в последние дни, как раз после его побега из больницы…
— После побега он никуда не выходил! — без раздумий отозвалась сестричка.
Николай вспомнил свою жену Анфису и невольно посочувствовал Валдису Калниньшу.
Однако сочувствие сочувствием, а у него целая серия убийств нераскрытых, и снимать с Валдиса подозрения только на основании показаний этой сестрички Николай не имеет права.
Он задал ей самый простой вопрос:
— Вы сколько лет с этим Калниньшем знакомы?
— Три года, четыре месяца и четыре дня! — не задумываясь, выпалила девушка.
— Откуда такая точность?
— Тогда он к нам первый раз поступил… по заявлению жены, Марианны. Он как раз перед этим вернулся из длительного плавания, а она здесь любовника завела, он у них в квартире жил как у себя дома. А деньги на эту квартиру, между прочим, Валдис зарабатывал… понятно, что он вышел из себя. Но вы не подумайте, он жену и пальцем не тронул, он не такой!
— Значит, ваш Валдис — торговый моряк?
— Был, — девушка вздохнула. — С психиатрическим диагнозом его ни на один корабль не берут.
— Стоп! — Николай поднял руку. — Вы говорите, что три с половиной года назад Валдис вернулся из плавания…
— Три года, четыре месяца… — заученно зачастила девушка.
— Слышал, слышал! А когда он ушел в это плавание? Сколько времени отсутствовал?
— Чуть больше двух лет… он плавал на аргентинском сухогрузе между Африкой и Южной Америкой…
Вот это уже алиби.
