В черной форме и с черными беретами, они кажутся обычными матросами, без специального флотского обмундирования — только якорный ремень и тельняшка. Ничего не говорит о принадлежности к Тихоокеанскому флоту, даже вещмешки походят на тех у пехотинцев. Это безымянный отряд, где романтики и моряков нет — только чистая практика и тренировки. Утро начинается с изнурительных беговых操练, подчеркнуто необратимою....
— Брейк, это ты навалил?
— Не, тащ каплейт, это я его напугал, — отвечал я, быстренько обмывая ноги, вытирая их полотенцем и наматывая портянки, — моюсь, слышу: сзади крадется, думал, кто из наших шутит, а тут бац — рыло такое мохнатое, ну я и заорал на него. А к вам кинулся, потому что, скорее всего, его мамаша где-то ходит.
— Ну да, скорее всего, так и есть. Не дай бог тройке Зеленова с ней встретиться. Сейчас все на базу. Смирнов, срочно связь с поисковой подгруппой! Федосов, готовь завтрак.
Когда я уминал макароны с тушенкой и закусывал их сухарями, совсем неподалеку от базы раздалось несколько автоматных очередей и послышались крики.
— Настучал всё-таки, стервец! — сказал Федосов, вгрызаясь в очищенную луковицу и заедая её макаронами.
Подошла подгруппа Зеленова и начала располагаться для отдыха. Напарник по своей карте доложил командиру о районе и о том, что наблюдали в ходе ведения разведки. Вышли на трейлерную просеку, поднялись по ней в гору, полностью прочесали район. Следов батареи не обнаружили. Значит, будем искать в других квадратах.
Мне предстояло зайти с восточной стороны сопки и установить наличие грунтовых дорог, обозначенных на карте и ведущих в обход горы. С другой стороны на карте была обозначена неплохая долина, вытянутая, словно веретено среди распадка. На этот раз базу сворачивали. Основной состав группы идёт «вилами», проводя дополнительную доразведку еще не охваченных участков.
