В пылающей ночной тьме и стоне горящего огнём печати, девочка сжимает руку калеки-чудовища, глядя в будущее. Несправедливость жарит её душу: кто из них станет партнёром на всю жизнь? Чужаковская атмосфера клубится вокруг этих несчастных парочек, где каждая метка может перевернуть мир....
И стоит к ней непростительно близко.
Первое, что хочется сделать, – дать о себе знать. Но потом я вспоминаю, как избегала встречи с мужем на протяжении прошедших дней, и передумываю. Он, к слову, тоже не особо стремился меня увидеть. То ли много дел по работе, то ли еще что…
Это вроде бы странно. Несвойственно Рэйзору. И все же тихий голосок внутри головы настойчиво уверяет, что так и должно быть. Лучше сократить общение с драконом до минимума.
Я даже перед вчерашним практикумом по ОВТ «заболела», проведя с выдуманными болями живота два часа в лазарете.
А сейчас при виде Рэйзора рядом с Оливией в столь неоднозначных обстоятельствах меня словно некто невидимый в грудь со всей силы толкает. И я борюсь с двумя противоположными желаниями: сбежать по ступеням, раскричаться, потребовать у дракона объяснений или же тихонько дождаться, пока они уйдут, и прочитать наконец письмо брата.
Все разрешается без моего участия.
Рэйзор утаскивает за собой Оливию, явно торопясь «договорить» с ней в более интимной обстановке.
Я стою еще несколько минут после того, как звуки их шагов перестают до меня доноситься. Опускаю глаза на побелевшие костяшки пальцев и ослабляю хватку, отпуская перила. Цепляюсь взглядом за покрывшуюся темной корочкой царапину на запястье и отстраненно ощупываю ее.
В сознании вдруг яркой вспышкой возникает образ склоненного надо мной магистра Селвана. Его лицо освещено блеклыми огнями свечей, а в глазах пляшут красные искры.
Плечо пронзает режущей болью, а затем размытую картинку заливает кровь."
"Я зажмуриваюсь и мотаю головой, отгоняя странное видение. Хватаюсь за плечо, растираю ноющую кожу. Следом понимаю, что у меня ничего не болит. Мне это лишь кажется. И все же торопливо закатываю широкий рукав кофты, дабы убедиться в нереальности наваждения.
Хмурюсь, замечая тонкую белую полоску под браслетом истинности.
Что же это такое? Уже вторая царапина на теле, которой я не могу дать объяснения…
Глава 25
РэйзорЯ просыпаюсь утром после вечера с Алайной и понимаю, что ничего не чувствую. Меня не тянет к ней. Ни на физическом уровне, ни на эмоциональном. В моем мире она теперь словно не существует.
И это кажется настолько правильным, что не вызывает вообще никаких вопросов.
