Автор
В чередах бездонного мрака Яфегерд, царь Барбуссии, дрожит от неожиданной ярости. Колечко из золота и крохотных камешков ткнется в его ладонь с невыносимым желанием быть взятом. Он прячет руки за спину, глядя на огромного варвара Хугилая, который мирно расположился на жарком валуне, словно покойный бог. Какая магия держит жизнь в этих немеркнущих снах?...
– И не попадаться, – сказал Мрак.
– Золотые слова! – воскликнул Хугилай льстиво. – И на случаи жизни!
– Всегда настороже, значит, – ответил Мрак с сочувствием. – Но не пей столько. Морда была как у коня, а теперь как у лошади.
Хугилай передернулся.
– Ну вот еще!.. У нас пить – тоже работа. Я умею, даже похмелья не бывает. Я ветеран, Ваше Величество!
– Не надорвись, – посоветовал Мрак.
Хугилай прислушался, торопливо поднялся.
– Глашатай кричит, созывает на утреннюю трапезу.
– Надо идти, – ответил Мрак и пояснил: – Здесь хорошо кормят. И платить не надо.
Глава 2
В большой зале столы накрыты, на широких тарелках новые яства, куявские повара расстарались удивить гостей изысканной кухней, но нет вина, день рабочий, вино будет на ужин, хотя на столах в саду есть любое на выбор.
Гости рассаживаются быстро, все уже запомнили свои места, Мрак направился к тому, где сидел в прошлый раз, тут же от своей группки отделилась Мелигерда и быстрыми шагами пошла в его сторону.
"Не успел он сесть, как она оказалась рядом, ослепительно улыбнулась.
– Ваше Величество, – произнесла она чарующим голосом, – мне будет позволено сесть рядом?
Мрак пробормотал с неловкостью, чувствуя на себе десятки пар завидующих взглядов:
– Ну… кто не позволит, того я сам придушу.
Она села красиво и грациозно, придержав обеими руками подол длинного платья, от нее пахнуло дорогими ароматами.
Он неуклюже придумывал, как сказать, что она очень красивая, но протрубили трубы, в зал вошла тцарица Куявии Светлана Золотоволосая. Красивая, надменная, величественная, Мрак заметил, что старается идти еще медленнее, чем раньше, это придает величавость, лицо застывшее, никто не должен читать ее мысли и желания.
За ней, придерживая подол длинного платья, что за дурная мода, так же медленно двигается Богдан Гатило, нынешний старший советник.
Нелегко быть тцарицей, подумал он с сочувствием, всего боись, всех подозревай. А ей нелегко особенно. Хотя она лучше других знает, как рулить Куявией, но поди ж докажи это контам, считают себя более пригодными уже потому, что мужчины, а она женщина, хоть и дочь тцара Додона.
