Автор
В чередах бездонного мрака Яфегерд, царь Барбуссии, дрожит от неожиданной ярости. Колечко из золота и крохотных камешков ткнется в его ладонь с невыносимым желанием быть взятом. Он прячет руки за спину, глядя на огромного варвара Хугилая, который мирно расположился на жарком валуне, словно покойный бог. Какая магия держит жизнь в этих немеркнущих снах?...
К дождю, наверное…
Зверь хрипел, уткнувшись мордой в землю, скреб когтями землю, пытался достать сапог Мрака, но не сумел настолько вывернуть лапу, а Мрак встал на шею обеими ногами и хмуро смотрел, как зверь слабеет, затихает.
По телу прошла последняя судорога, обмякло, Мрак соступил, отодвинулся, не спуская взгляда с бездыханного тела.
Сейчас оно должно бы начать преображаться в человеческое, оборотень сохраняет звериную личину только силой желания, а по человеческой можно понять, из славов он, артан или вантийцев, может быть, даже кто-то из мелких тцаров или великих контов ведет свою игру, но сколько ни ждал, звериная туша оставалась звериной.
– Ишь ты, – пробормотал он озадаченно. – Значит, не только ты, но и над тобой кто-то…
Глава 5
Хугилай ушел от Мрака в некотором неудовольствии. Тот так и не встревожился насчет удельного конта Ролдерта, что в последнее время все откровеннее собирает вокруг себя разделяющих его взгляды на власть в стране.
И не потому, что дура или не умеет править, от отца научилась многому, просто чего-то недостает, то ли властного голоса, то ли казней, то ли просто мужской стати.
Ничего, сказал себе успокаивающе. Еще раз предупрежу тцара, чтобы присмотрелся к этому удельному конту. Правда, из Ролдерта получится правитель покруче Светланы, вот только будет ли лучше для Барбуссии?
Каждый, мелькнула невеселая мысль, каждый, восходя на трон, подумывает как бы прикарманить Барбуссию… И приходиться как-то щелкать по носу.
Выждав, когда, по его мнению, тцар заснет, вон как зевал, он тихохонько оставил спящих Манмурта и Хрюндю, только одеяло на них подправил, и тихохонько выскользнул из флигеля.
