В мрачном трущебе, где время остановилось во времена оккупации, началась колонна узников — мужчины в белых робах, выстроенные в строгую форму. Сквозь железные ворота лагеря, как живой поток, накатывались на осажденную территорию. Воздух напряжен и холоден, чувствуется приближение страшной неизвестности за каждым углом....
Никакая гражданская одежда их не спасала. От этих ребят за версту несло военнослужащими черного ордена, привилегированной прослойкой германского общества. Низшие чины, а все равно пробы ставить негде. Надменные рожи, строевая осанка. Хотя притомились уже, ноги еле переставляли.
Настоящие штатские двигались в конце цепочки. Грузно шагал плотный мужчина средних лет. Пальто не по размеру, ноги путались в длинных полах. В правой руке он нес портфель. На голове у этого субъекта красовалась куцая шапчонка на цыплячьем меху, завязанная тесемками под подбородком.
Следом прыгающей походкой шла женщина. Невысокая, в широкой куртке, скрывающей фигуру. Сапоги на массивной подошве госпожа Ильза Краузе снять не удосужилась. На ее голове плотно сидела вязаная шапочка.
За ней шел мужчина среднего роста и такой же комплекции. Бесформенная шапка, зеленоватый брезентовый плащ, под который он скорее всего натянул не одну кофту, кирзовые сапоги, вещмешок советского образца на правом плече.
Дыхание у майора перехватило.
Мендель тоже устал, делал короткие шаги, отдувался, временами поднимал голову, исподлобья осматривался. На самой опушке он споткнулся, со злостью отшвырнул ногой толстую ветку и исчез за деревьями.
Замыкали шествие два автоматчика. Последний задержался, повертел головой, озирая тылы, как-то помедлил и отступил в чащу.
Терпения у Павла уже не хватало. Зубы выбивали маршевую дробь. Он обернулся. Весь маленький отряд сгрудился за ним.
Майор еще раз оценил обстановку. Если немцы появились тут, то уже не исчезнут. Незачем пороть горячку, терять людей. Война скоро кончится. Бабы ждут с фронта своих мужиков, деньки считают до победных залпов.
Прямо — спуск с косогора, влево — тропа по извилистому краю холма. Там можно спуститься через кустарник и незаметно подобраться к тому же лесу, только левее.
— Моя группа пойдет со мной, — бросил он. — Уходим влево, зажмем их с фланга, чтобы не вырвались.
Павел пригнулся, побежал по склону, спрыгнул с невысокого обрыва, на четвереньках вклинился в кустарник. Вид на лес кардинально изменился. Слева его уже не было. На открытом пространстве белело озеро, окруженное кучками ивняка.
