Автор
Надолго? — Не знаю. Пару лет, может быть, и больше… Никольская гасила разочарование властным кашлем, стискивая зубы, проводила ладонями по серым мокрам-джинсам. Ей нужно было успокоиться, собраться с мыслями — все происходящее сейчас прямо не укладывалось в ее голове.
Мои деньги, где они?
— Что?
— Перевод был сделан вот уже как неделю, но на счета так ничего и не вернулось.
Талашина хлопнула глазами и как заведенная начала рыться в ящике стола.
— Сейчас, подождите, — вытащила несколько листков, — вот, все ушло со счета клиники. Посмотрите."
"Черный пиджак вырвал из ее рук листы и спешно прошелся по ним взглядом.
— Ты совсем дура? Их заморозили.
— Я уже связывалась с банком, там произошло недоразумение, они обещали исправить это в течение недели.
— Недели? — его тонкие губы изогнулись в улыбке, обнажая зубы.
— Но я…
— Меня это не волнует, — мужчина склонил голову вбок и прикоснулся ладонью к Светиной щеке, — красивая, жаль будет все это портить.
Талашина оцепенела, ее трясло от страха и ужаса происходящего. Мужчина тем временем подошел к двери.
— Если завтра вечером эти деньги не упадут на счет, будем говорить по-другому.
Когда он ушел, Света еще несколько минут смотрела в одну точку. Она сотрудничала с ними больше трех лет, и никогда ничего подобного не происходило, никогда.
Власов, тот самый, кто сейчас был здесь, уже более трех лет отмывал деньги через ее клинику, отчисляя довольно внушительный процент самой Свете. Если бы не эти деньги, то все уже давно бы развалилось. Талашина была плохим дельцом, и под ее руководством клиника иссыхала, просить денег у Громова она не могла, не позволяла гордость, а потом появились они.
Только вот теперь… что ей делать теперь? Денег у нее почти нет, Светка никогда не умела откладывать, вечно все тратила, давно привыкнув жить на широкую ногу.
Еще раз закурив, Талашина в хаосе отыскала свой айфон и набрала Громову. Он должен ей помочь, потому что в сложившейся ситуации ей было просто не к кому больше обратиться.
Степан согласился на встречу в ресторане недалеко от его работы. Сегодня, в семь. Наверное, Талашина никогда так не отсчитывала время, не отмеряла минуты. Страх все еще держал ее в напряжении, скрипела каждая мышца тела, делая движения натянутыми, иногда неуклюжими.
Громов пришел в ресторан с опозданием, эти десять минут Света ерзала, постоянно оглядываясь по сторонам. Когда заметила мужскую фигуру — выдохнула.
Степан отодвинул стул и присел напротив.
— Привет.
