В мирном сне ужасные шорохи и трели привлекают внимание героини. Она даже желает добить воробья, но бесполезно: телефон заходит на голосовую почту снова и снова. Кровавая мишka подстерегает в каждом звуке — начнет ли он заговорить?
И держи щит, я его подпитаю. Быстро!»
Укромное место. Укромное место. Где тут укромное место?
Мой взгляд натыкается на небольшую каменную нишу в противоположной от дерущихся куардов стороне. Над моей головой пролетает молния, вышибая каменную крошку со стен пещеры, и я, невольно взвизгнув, бросаюсь к запримеченному укрытию.
Забиться в дальний уголок и сесть, как Шад велел, много времени не занимает. И как только я это делаю, щит вокруг меня мгновенно начинает уплотняться. По-видимому Шад находится уже достаточно близко, чтобы управлять через мой тагит энергией вокруг меня.
«Ничего не бойся, малыш. Я иду», — сообщает мне отрывисто.
Мой купол становится почти непрозрачным. Похожим на тот, которым он укрывал меня тогда, в моей квартире. Непробиваемым.
И пещера содрогается от пола до потолка.
Я еще успеваю увидеть, как оплывает расплавленным металлом стальная дверь. Как появляется в образовавшемся проеме светящаяся фигура Шада. Еще кого-то... И обзор мне окончательно перекрывают.
А дальше начинается Армагеддон.
А там за куполом дерутся даже не двое, и, возможно, не четверо.
И кажется, что мир рушится.
На мой купол сверху валятся осколки камней и каменная крошка. Пол под ногами ходуном ходит А от сокрушительной тяжести бушующей вокруг энергии хочется выть и на стенку лезть.
Не знаю, сколько так проходит времени."
"Меня под куполом почти полностью заваливает. Вижу это сквозь мутный барьер. Понимаю, что если он вдруг не выдержит, завалит с головой. Но это странным образом мало волнует. Я только и могу думать о том, что в пещере уже стихли звуки боя. Значит, кто-то да победил. А меня не разгребают. И мысль, что победить мог не Шад, заставляет меня внутри умирать от страха.
Но вот надо мной начинается какое-то шевеление. И темная груда камней с купола в один миг исчезает.
А потом и сам купол....
— Мишель, маленькая, — слышу хриплый голос. И вскинув голову, сквозь пелену слез, выступивших на глазах, вижу его мощную фигуру, склонившуюся надо мной.
— Шад! — всхлипнув, я бросаюсь ему на шею.
— Все хорошо, любимая. Все закончилось, — бормочет он, прижимая меня к себе.
