В мирном сне ужасные шорохи и трели привлекают внимание героини. Она даже желает добить воробья, но бесполезно: телефон заходит на голосовую почту снова и снова. Кровавая мишka подстерегает в каждом звуке — начнет ли он заговорить?
У меня просто крышу сорвало от тебя, крошка.
Ага. Так и скажи, что уступил моим домогательствам. Мне должно быть очень, о-о-очень стыдно. Но, видимо, организму на это уже попросту сил не хватает. Наверное, полный спектр эмоций меня завтра догонит.
— Ты говорил, что у нас не получится... просто секс. И что-то про «потом будет поздно». Не объяснишь, что имел в виду?
Мужчина отстраняется, снова заглядывая в мои глаза. Хмурится, тяжело вздыхая.
И вот не нравится теперь мне его взгляд. Так смотрят, когда пытаются сообразить, как деликатно сообщить то, что сообщать не хочется.
— Может, сначала в душ сходим? Можешь даже принять ванну, а я ужин тем временем приготовлю. За едой и поговорим. — предпринимает он попытку увильнуть от ответа, что еще больше убеждает меня в необходимости этот ответ немедленно получить.
Хмуро прищурившись, я отрицательно качаю головой.
Говори уже. Обещаю выслушать адекватно. А вот реагировать уже буду по ситуации.
Рошад, полюбовавшись на мое выражение лица почему-то начинает улыбаться.
— Все дело в особенностях моей расы, — явно издалека начинает он. — Мы управляем энергией.
— Какой? — вскидываю я брови.
— Всеми ее формами. Кто-то способен уловить, прочувствовать и контролировать больше, кто-то меньше. Сила и способности у нас разные, хоть и варьируются в рамках расовых характеристик.
— Ого, — округляю я глаза, невольно вспоминая пролетевшую над головой шаровую молнию. — Мило. Вы поэтому светитесь?
— Да.
— Эм, агрессивного в энергетическом плане? Это как? — недоуменно уточняю я у него, пытаясь понять, что он может под этим подразумевать. Слишком уж как-то расплывчато. И совершенно непонятно пока.
— Долго объяснять в деталях, да и не к спеху. Потом тебе все выкладки, с формулами и расчетами предоставлю, если захочешь, — хмыкает Рошад.
