Вновь звонит железная дверь, и по крыльцу ступает капитан Харлачев - усталый вояка из отряда, где Стриж провел последние два года. Анатолий, словно обретя вторую жизнь, приникает к бутылке закусочной, а старина капитан подбадривает его легкой улыбкой и предложением с головы до ног перекусить в своём шкафу....
Стриж попробовал спрятать руку назад, но пальцы солдата словно клешни сомкнулись на его кисти. Анатолий закричал от обиды и отчаяния… и проснулся.
Слава Богу, его крик по-настоящему обернулся только стоном. А правая рука действительно сильно затекла. Еще бы! На ней мирно посапывал Илья. С трудом вытащив руку из-под него, Стриж долго растирал ее, восстанавливая кровообращение.
— Слон! — буркнул он в сторону посапывающего друга, даже слегка толкнул его в плечо. Тот только всхрапнул погромче.
Время было еще раннее, начало восьмого, но на кухне кто-то явно гремел посудой.
— Ты чего это так рано встал? — спросила она мужа. — Лег вчера во втором. Все голова болит?
— Да нет, кошмары какие-то снятся, зону сейчас видел, чуть на срок снова не загремел. Ты-то чего соскочила?
— Не знаю. Тоска какая-то. Скорей бы беды наши кончились, а то все на нервах.
— Почему? — удивился Стриж, усаживаясь за стол.
— А когда о ком-то заботишься, о себе забываешь. А она трясется знаешь как, ты и представить не можешь. Вы за дверь, а она чуть с ума не сходит. Кофе будешь?
— Давай, и покрепче.
Потом они говорили о хозяйственных делах, что закупить и что готовить. По ходу разговора Ленка продолжала жарить баклажаны.
— Может, на пляж сходим все вместе, а? Слышь, что говорю? Чего молчишь-то?
Она обернулась к Стрижу.
— Толь, ты чего? — встревожилась Лена, подскакивая к мужу.
— А, что? — очнувшись, спросил он.
— Я спрашиваю, может, на пляж сходим? Сам же говорил, что это похищение чистой воды ерунда.
— Ладно, сходим, если твой комитетчик ничего новенького не подкинет.
— Почему мой? — удивилась Ленка. — С какой это стати мой?
— Ладно, забыли, лучше скажи, где у нас альбомы с последними фотографиями?"
"— Ну как где, на своем месте, в левом верхнем ящике шкафа.
— Принеси, а?
— Хорошо.
Вернулась она быстро, протягивая Стрижу альбом, а сама метнулась к подгорающим баклажанам. Пока Анатолий листал его, в дверях кухни показалась еще одна ранняя птичка.
— Ах, как хорошо пахнет, — заявил принюхивающийся Андрей, еще сонный, со встрепанными волосами. Втянув воздух еще раз, он констатировал:
— Причем грибами.
